Стоял невысокий помост, на который взошел Слуга Света, и лорд, и леди Траверти. В толпе я не увидела леди Кристину. Возможно, бедняжке все еще нездоровилось.
Кроме слуг, живущих в замке, прибыли и жители соседних домов и небольших поселков. Среди них я увидела Лею под руку с высоким худым мужчиной, наверное, сыном.
— Да пребудет Свет в ваших сердцах! — начал проповедь местный жрец.
Взоры присутствующих обратились к нему без особого интереса. Больше их занимали накрытые столы.
Проповедь была недолгой и довольно скучной.
Я внимательно следила за остальными, вдруг придется креститься, кланяться или совершать какое-либо другое действие во славу религиозного культа. Но ничего такого не было.
— Свет несет любовь и красоту, — тем временем вещал жрец, — и очень радостно от того, что сегодня два сердца решили объявить о помолвке.
Окружающие притихли. Вперед вышел лорд Траверти.
— Перед этими людьми и перед обновленным солнцем я хочу наречь эту девушку своей невестой.
Зрители расступились, и леди Кристина поднялась на помост.
Была она бледна, а ее чёрные волосы отбрасывали на лицо тень, добавляя ему еще большей болезненности. Девушка оперлась на руку Патрика. Кажется, стояла она не очень уверенно.
Не скажу, что между ними была какая-то нежность. Они стояли как школьники, которых учительница распределила по парам. Кристина полуприкрыла глаза, а Патрик смотрел куда угодно, только не на свою будущую невесту.
Оно и понятно: брак наверняка договорной и, возможно, у обоих из них есть другие предпочтения, с которыми никто считаться не будет.
И от этого стало так тоскливо: я помнила, каким взглядом Патрик смотрел на меня. Даже Кристину стало жалко, ведь она обречена на брак без любви, и муж на нее никогда не посмотрит так, как еще не раз поглядит на какую-нибудь симпатичную служанку или горничную."
"Захотелось сбежать подальше с этого праздника, чтобы не видеть, не знать этого мужчину и не смотреть, как он обнимает свою невесту. Кажется, только леди Траверти, мать Патрика, была счастлива объявленной помолвке.
— Приглашаю всех к столу, чтобы разделить с нами радость Светлого дня! — объявил лорд.
Народ оживился и устремился к необычным угощениям. Я же чувствовала себя лишней и никому ненужной на этом празднике. Желание сбежать и спрятаться усилилось, но необходимо было соблюсти приличия.
Внезапно раздались удивленные возгласы, потом раздался женский крик и все разом заговорили, закричали. Взоры всех людей были направлены в сторону моря.
