Ребята шли в нашу сторону, определенно чтобы занять свое привычное место у окна. Джеймс остановился возле нас с Лин. Теперь мне было видно, какой он бледный и какие темные круги залегли у него под глазами.
– Хей, – сказал он, потянувшись рукой к моей щеке. Как только костяшки его пальцев коснулись моей кожи, у меня по телу пробежали мурашки. Улыбка у него сделалась робкая, как будто он не был уверен, как я отреагирую на прикосновение.
В этот момент мне стало ясно одно: Джеймс делает все для того, чтобы быть сильным.
Для Лидии, для моей семьи, для меня. Своим поведением я ему в этом не помогу. Наоборот, я лишь создам дополнительные проблемы. Мое поведение по отношению к нему было несправедливо. Он принес огромную жертву для моей семьи и для меня. А я – вместо того чтобы дать ему ту поддержку, в какой он нуждается и какую ему явно дают друзья, – критикую его решение и, наверное, усугубляю муки совести. Я должна быть на его стороне, а не осложнять ему жизнь.
– Джеймс?
Он вопросительно взглянул на меня:
– Да?
– Что ты собираешься делать после обеда? – спросила я.
– У меня есть полчаса времени до того, как за мной приедет Перси. – Он слегка склонил голову набок и сощурился: – А что?
Я улыбнулась. Потом подалась вперед и шепнула ему на ухо кое-что – надеюсь, так, что больше никто не услышал. Когда я выпрямилась, в глазах Джеймса что-то блеснуло. И это понравилось мне куда больше, чем видеть его подавленным.
Обеденный перерыв еще не кончился, поэтому в библиотеке было приятно пусто, когда я туда вошла.
Вместо своего обычного маршрута – к принтеру, к выдаче книг и наконец к комнатам для групповых занятий – я сразу свернула направо и прошла в самую глубь помещения, где в уголке между двумя стеллажами с тяжелыми альбомами живописи и старыми историческими книгами стоял маленький стол.
Я поставила сумку на пол, села на стол и оперлась на ладони. Сердце колотилось, и мне казалось, что я делаю что-то непозволительное – а ведь я всего лишь ждала Джеймса.
Я дала ему точные инструкции, где найти меня, и не прошло и пяти минут, как он появился. Хотя на сердце и было тяжело, я не могла ему не улыбнуться:
– А вот и ты.
Джеймс остановился передо мной:
– Как будто я мог отказаться от тайного свидания с лучшей девушкой Макстон-холла.
От его слов мне стало жарко. Я протянула к нему руки, и он нежно подхватил их.
– Прости, – начала я, разглядывая наши сплетенные пальцы.
