Спаси нашего сына

Кто-то успел побывать у нас дома, замок, на который закрывается ящик, можно открыть одной проволокой. Но вряд ли это смогла бы сделать тетя Мила…

Когда она встает, заглядывая на кухню в поисках еды, я вместо приветствия спрашиваю:

— Тетя, ты не видела документы на квартиру?

— Какие документы? — она хмурится, — ты чего опять удумала? Квартиру мою отобрать? Не позволю!

И я понимаю, — проблеск сознания, который случился с ней вчера при виде незваных гостей, исчез так же быстро, как и появился, и никакого внятного ответа от нее я не дождусь.

Разбираться мне уже некогда, нужно успеть сдать анализы в женскую консультацию. Я выбегаю из подъезда, надеюсь, что до моего возвращения никто не появится, а если они все-таки придут, то я буду настроена решительно.

Вызову полицию, если участковый не смог разобраться, то может, присутствие людей в погонах напугает бандитов.

Но прямо возле подъездных дверей меня уже ждут."

"На лавке сидят двое: один из них вчерашний мордоворот, лицо второго не знакома.

Я спотыкаюсь, будто напоролась на препятствие, и все, что я вижу, это их довольные, ухмыляющиеся лица.

— Ну что, пигалица, куда с утра пораньше?

Как назло, двор абсолютно пуст, нет ни одного свидетеля нашего разговора, и я по их настрою понимаю, что церемониться со мной они не собираются. Это нелюди, которых ничуть не трогает мой большой живот.

— Что вам нужно?

Я говорю с вызовом, скрестив руки на груди, а самой страшно.

Одно неловкое движение, один толчок, и я полечу вперед, прямо на живот, внутри которого мое дитя. Он еще не успел родиться, а ему уже предстоит понять, как жесток и несправедлив бывает мир.

Ощущаю, как предательски дергается веко на левом глазу, и самое обидное, что эти двое тоже видят мой нервный тик.

Мой страх доставляет им удовольствие, они подходят ближе и останавливаются совсем рядом, чужая рука в опасной близи от моего живота.

Я делаю шаг назад, упираясь лопатками в шершавую деревянную дверь подъезда.

— Вещи свои когда вывозить будешь? — усмехается вчерашний тип.

— Вот заявление в полицию на вас напишу сначала, — и все-таки я прикрываю сумкой живот. Господи, как страшно… Хоть бы один человек прошел мимо, хоть бы одна собака!

— Слышь, самая умная что ли? — он сплевывает себе под ноги, и тонкая полоска слюны остается на его неопрятно отросшей щетине.