Спаси себя

Пока Рен и Алистер передвигали столы на нужные места, мы вдвоем с Лин начали перепроверять подключение к техническому пульту.

– Если и дальше так пойдет, то мы, пожалуй, управимся, – сказала Лин, но я пропустила ее слова мимо ушей, потому что в этот момент через главную дверь вошел Джеймс.

Он тащил стол и коротко глянул на план, который ему показывала Джессалин. Он огляделся и целенаправленно двинулся на другую сторону зала, где поставил стол в точности на нужное место. После этого вытер лоб тыльной стороной ладони.

Алистер не преувеличивал, когда говорил, что он уже не чувствует рук – все игроки в лакросс и в самом деле выглядели совершенно измотанными. Сегодня у них была знаменитая комплексная тренировка тренера Фримана. Если даже у учительницы физкультуры тренировка такая, что на следующий день у меня адски болят все мышцы, то я теперь даже не знаю, как наши парни завтра вообще будут ходить.

Я смотрела, как Джеймс взял у Дугласа бутылку воды и отпил из нее несколько глотков. В животе все затрепетало.

С мокрыми волосами, в тренировочной одежде и с красными щеками Джеймс выглядел отнюдь не плохо. Скорее даже наоборот – привлекательно. Я тяжело сглотнула. И вспомнила тот последний раз, когда видела его запыхавшимся, вспотевшим и румяным. Тогда он был обнаженный, шептал мне на ухо сокровенные вещи и зацеловывал меня до обморока.

– Ну все, Руби, конец, – перебила Лин. – Подай-ка мне кабель.

– Вот, – я быстро отвела глаза и попыталась увести мысли на нейтральную почву.

Лишь поздно вечером мы закончили все приготовления.

Казалось, прошла вечность, пока мы натянули вдоль окон полосы ткани и соорудили рядом со сценой освещенные колонны – далеко не с первой попытки. Был даже момент, когда часть сцены обрушилась и чуть не прибила Дугласа, но, к счастью, он отделался испугом и раной на руке, которую Камилла на удивление умело обработала и перевязала.

Нам пришлось пойти на некоторые компромиссы – например, мы не смогли украсить потолок, – но в целом результат вполне хорош. Особенно сейчас, когда стемнело и люстры освещали зал теплым светом.

Все круглые столы были накрыты: поверх белых скатертей мы настелили серебряные дорожки, на них поставили серебряные подсвечники, распределили столовый фарфор и аккуратно свернутые салфетки. На каждом столе стояла табличка с номером, эти таблички смастерила Джессалин. По бокам сцены висели два экрана. Пока на левом шла презентация семейного центра, которую подготовил Дуглас, правый экран, кажется, еще не действовал.