Спаси себя

Я отрицательно помотала головой:

– Я не знаю, смогу ли это когда-нибудь забыть.

– Ты и не должна. И я тоже никогда не забуду. То, что я сделал в тот вечер, было самой большой ошибкой в моей жизни. – Он с дрожью набрал в легкие воздуха. – Я пойму, если ты не сможешь меня простить. Но ты должна знать, что я очень жалею об этом, всем сердцем, – он сомкнул губы и коротко глянул вниз. Потом усиленно заморгал. Я видела, что он борется со слезами. При этих его словах у меня самой защипало в глазах.

Джеймсу понадобилось какое-то время, пока он овладел собой.

– Мне ясно, что это не твоя задача – сделать меня счастливым, Руби. Я совсем не это имел в виду. Я не рассматриваю тебя как панацею от моих бед. Я просто не нашел подходящих слов. – Он провел ладонью по лицу. – Ты не обязана меня прощать. И мы не должны снова быть вместе. Я всего лишь хочу, чтобы ты знала, как много ты для меня значишь. Я не хотел бы жить той жизнью, частью которой ты не будешь.

Наша ночь в Оксфорде была лучшей ночью в моей жизни, однако с тех пор я не разрешала себе даже подумать об этом, потому что боялась на этом сломаться.

Однако теперь я разрешила себе эти воспоминания. Я вспомнила о наших разговорах. О том, как он рассказывал мне о своих страхах и мечтах. Как мы поддерживали друг друга.

То, каким Джеймс был сейчас, напомнило об Оксфорде. В этот момент он снова был тем человеком, который открылся мне тогда в первый раз. Мужчиной, в которого я влюбилась.

Я сделала осторожный шаг вперед и обвила руками его талию.

Джеймс замер, как будто это было последнее, чего он ожидал.

Я затихла, когда он осторожно обнял меня дрожащими руками, как будто забыл, как надо меня обнимать. Я закрыла глаза, когда он нежно провел ладонями по моей спине, нашептывая извинения.

Через некоторое время мои ладони соскользнули ему на бедра, и пальцы сжались на ткани его брюк. Джеймс коснулся губами моего виска.

– Мне так жаль, – снова пробормотал он.

– Я знаю, – прошептала я.

Так мы стояли под люстрой посреди Бойд-холла, прямо перед техническим пультом.

Джеймс держал меня мягко, поэтому я могла в любой момент высвободиться из его объятий, если бы захотела. Но до этого не дошло, ведь уже целую вечность у меня не было такого чувства – как будто я после долгого странствия вернулась наконец домой.

Нежные руки Джеймса на моей спине, теплое дыхание щекочет волосы, а его грудь вздымается и опускается в такт с моей, в то время как шепот слов дает мне чувство, что, может быть, у нас еще есть надежда.