Спаси сердце короля

Кивнув, мужчина спешит покинуть номер, выглядя при этом немного нервным. Когда он уходит, моя голова заполняется множеством голосов, обсуждающих разные темы. Среди них улавливается и разговор с папой, который проходил не так давно. О том, что маму Гая убил не он, а, возможно, сам Вистан. В другом случае я бы обязательно всё это поведала своему муженьку, но после его поступка на балконе я понимаю, что смысла разговаривать с ним просто нет. Он мне не поверит. Он придумает отмазки. Он будет отрицать все мои доводы. Это больше не человек.

Гай отбрасывает свой галстук в сторону, раздражённо вздыхая. Мне страшно представить, что у него сейчас на уме. А я больше не хочу ему перечить. Пусть всё идёт так, как он планирует. Хочет видеть послушную собачку – он её получит. В тишине нашего номера слышны лишь доносящиеся с улицы сигналы автомобилей, их гул и скрип шин некоторых из них. И тут дверь без предупреждения открывается, и на пороге возникает Зайд.

– Ты меня звал? – спрашивает он, метнув в меня при этом резким неприязненным взглядом.

– Да, – отвечает Гай. – Оставайся здесь с Каталиной, пока я не вернусь.

– Но больше не прикасайся к ней, – резко произносит Гай, заставив мои брови подняться вверх.

Зайд смотрит на него, стиснув зубы, несколько секунд, прежде чем кивает. И тогда Гай, даже не взглянув на меня напоследок, покидает номер. Я вся сливаюсь с полом, наливаюсь ужасом и на всякий случай беру на заметку лежащий на тележке среди других столовых приборов нож. Зайд садится на диван, не сводя с меня глаз.

– Как дела у Нейта? – спрашиваю я, нарушая могильную тишину.

– Как дела у Нейта? – усмехается он, явно поражаясь тому, как у меня хватило совести задать этот вопрос. – Ты спрашиваешь у меня, как дела у Нейта?

– Да. Я скучаю по нему.

Возможно. И, наверное, это меня даже обижает, но его можно понять.

– Нас с тобой связывал только Гай, – продолжает Зайд. – А теперь, блядь, и Нейту, так же, как и мне, глубоко похуй на тебя и твою судьбу. Ты для нас никто. Просто шлюха нашего друга.

– Как бы то ни было, – снова заговариваю я, – я по нему скучаю. Передай ему привет.

– Никто не хочет и имени твоего слышать. Ни он, ни Моника, ни даже Лэнс с Софи.

Я поджимаю губы. Это больно, но я терплю. Зайда можно понять. Главное, чтобы он не начал применять физическую силу снова. Боюсь, в этот раз никто его остановить не успеет. Но упоминание конкретно Лэнса возвращает меня к тому самому дню, когда я положила начало побегу из поместья Харкнессов.