Спаси сердце короля

Но вот он не смотрит на меня совсем. Говорит обо мне, но делает при этом вид, что меня здесь нет.

– Давайте так, Кровавый принц. – Аластер качает головой, крепче сжимая рукоятку трости. – Сперва разговор, о котором я сообщил по телефону, а уже потом получите свою подружку.

– Жену, – резко поправляют его, заставляя меня вжаться в чёртову скамью. Зачем он хочет получить меня обратно?

– Да, жену, – Аластер коротко усмехается. – Прошу прощения, если как-то оскорбил. Ну так что?

Я смотрю на красивое лицо Гая, на поджатые губы, хмурые брови, но при этом максимальное спокойствие и хладнокровие в его чертах.

Смотрю в зелёные глаза, мечтая и не желая одновременно встретиться с ним взглядом. Но он по-прежнему не смотрит на меня. Ни в глаза, ни даже на мою фигуру, сидящую совсем недалеко от него. Словно совсем меня не замечает.

– Даю вам час для того, чтобы вы попытались убедить меня, – заговаривает он снова. Его голос, ставший в какой-то мере родным для меня, проносится эхом по залу. – По истечении этого срока я забираю её и возвращаюсь домой.

У меня мало времени, и я не намерен тратить его на болтовню с недругами.

Я поражаюсь его дерзости. И Аластер тоже. Но ирландец скорее даже смущён, чем возмущён. Он выглядит так, словно совсем не ожидал, что кто-то может говорить с ним в таком тоне. Будто с какой-то прислугой или человеком из низшего общества. В какой-то мере я даже злорадствую от того, что кто-то ставит его на место таким образом. Гелдоф аж не находится с ответом. Такое ощущение, что если он заговорит, то вместо нормальной внятной речи выдаст сплошное заикание.

Гай пришёл сюда не один, конечно. У входа стоят несколько громил в костюмах – его телохранители. Они отлично вооружены, и я молюсь, чтобы им не пришлось воспользоваться своим оружием.

– В первую очередь я должен поблагодарить вас за свою дочь? – именно с вопросительной интонацией произносит Аластер.

– Я очень надеюсь, что вы здесь действительно были ни при чём и не использовали родную дочь в своих целях, иначе вынужден огорчить вас – вы отвратный отец.

Молчание означает, что Гай застал своего собеседника врасплох. И даже будто бы заставил слегка побледнеть.

– Вы думаете, я могу быть на такое способен? – с явным возмущением спрашивает Аластер.

– Её похитили в Нью-Йорке. А насколько я знаю, в Нью-Йорке немало ваших коллег, которые могли бы устроить это. Может быть, вмешались даже итальянцы.

– Интересно, зачем им это нужно было?

– Чтобы вы начали с нами войну, очевидно.