Так Вэйланд не увидит моих пылающих щёк.
— Когда именно ты предпочёл бы об этом узнать? В тот момент, когда я тебя купала? Перевязывала? Или помогала облегчиться? — За моей спиной послышалось смущённое покашливание. Обернулась, взглянула прямо в глаза дракону. — Ты бы принял мою помощь, знай, кто я? Или попытался бы сделать всё сам, пусть и с риском для жизни.
— Пожалуй, второе, — Вэйланд потупился, признавая мою правоту, но тут же снова вскинул голову. — А потом? Когда уже не было никакой опасности?
— А потом я боялась, что узнав правду, ты отстранишься.
Не захочешь быть моим другом, — пробормотала едва слышно, снова отворачиваясь, потому что не могла признаваться в подобном, глядя дракону в глаза.
Но он услышал.
— Глупышка, — меня притянули к себе и вновь обняли. — Даже и не надейся. Я ни за что бы не согласился потерять такого друга. Пусть даже он оказался девушкой.
— Прости, — всё, что смогла сказать."
"— Прощу. Но с одним условием.
— Всё, что захочешь!
— Ох ты! Элла… Элайора, такими обещаниями не разбрасываются.
Но раз уж ты готова на что угодно, то…
— То? — поторопила, не выдержав паузы. Он нарочно, да? Наказывает меня?
— То и ты простишь меня.
— За что?
— За поцелуй. Я не должен был, не имел права на тебя набрасываться. Но когда ты вдруг оказалась в моих объятиях, такая прекрасная и желанная — я забыл обо всём. Прости, наверное, я тебя испугал, постараюсь впредь держать себя в руках, но не стану обещать, что подобное не повторится.
— Я не испугалась, — решила признаться.
— Просто удивилась. Это было неожиданно. Но… приятно, — последнее слово прошептала.
— Ты даже не представляешь, насколько меня радуют твои слова. Значит, обязательно повторим, — дракон подмигнул, а потом нежно поцеловал мне руку. Словно на великосветском приёме. — Знаешь, я готов провести с тобой здесь хоть всю ночь, но понимаю, что ты устала. Нам обоим нужно отдохнуть после путешествия. Но кое-что, пожалуй, стоит сделать уже сейчас.
— Что?
— Рассказать моим родным, кто ты на самом деле.
— Ох, — прижала ладони к пылающим щекам. — Они рассердятся…
— Нет, уверяю тебя. Я понял, почему ты не рассказала сразу, и они поймут. И не осудят, поверь. Ты же меня спасала, заботилась обо мне, потому и молчала. Мои близкие это оценят.
— Я боюсь! — Вэйланду-то призналась, потому что не могла смотреть на его страдания, но я этого не планировала. А пойти, чтобы специально рассказать… Страшно. — Да и заняты все.
— Ничего, отец не будет возражать, если я его отвлеку.
