— бухнула одиночным стомиллиметровка и метрах в тридцать перед нос баркаса в воде встал белопенный фонтан, о ответ затрещали нестройные выстрелы из арисак. Но сопротивление было бессмысленным и бесполезным, прозвучала еще одна команда и грохнул еще один одиночный выстрел и от баркаса остался только плавающий по воде мусор."
"— Вот так, товарищи! — Карпенко наконец одел свою многострадальную фуражку, — сегодня Бог нас миловал, а то бы вляпались! На будущее быть умнее, минный аппарат особенно подводный, так сразу и не разглядишь, а неприятность может получиться большая, отсюда мораль — не уверен, не обгоняй! Стрельбе дробь, стволы в диаметральную плоскость и пробанить… что еще, спустите катер, пусть морпехи соберут с воды живых.
И еще вот, что, товарищи, сработал наш камуфляж, пусть, отчасти, но сработал. И эффект внезапности был достигнут именно через это. Дождемся эсминца с БДК и танкером и двинем дальше, а пока товарищ старший лейтенант, — обратился он к командиру взвода морпехов, — не сочтите за труд спустить катер и поискать на воде живых, янки смотрят как никак….
. Да, Сергей Викторович, — спросил он у командира радиотехнической БЧ-4 высокого, вечно улыбающегося корейца, — на связь японец выходил?
— Никак нет, Сергей Сергеевич, не успел.
— Ну, вот и хорошо, значит патрульную завесу мы прорвали тихо, и у нас есть время двигаться дальше на запад, туда, где бродит самая жирная добыча.
При проведении поисковой операции с воды было поднято пять матросов и ни одного офицера.
Один из матросов немного знал английский язык, и от него удалось узнать, что вспомогательный крейсер назывался «Нипон-Мару», и командовал им капитан первого ранга Козукава, который не пережил своего корабля.
— Добрый знак, — проворчал довольный Карпенко, — только начали и уже Японию утопили. Лиха беда начало!
6 марта 1904 года. 17–35 по местному времени. Тихий океан, 29 гр. СШ, 131 гр. ВД. БПК «Адмирал Трибуц»старший лейтенант Морской пехоты Сергей Рагуленко (Слон).
Вот, еще один день прошел. Раскаленное солнце огненным шаром опускается в морские волны чуть левее носа корабля. Сегодня мы славно потрудились. Сначала, рано утром, вышли наперерез большому трехтрубному белому пароходу, по размерам почти равному «Трибуцу». Это был австралийский рефрижератор «Принц Альберт», груженый морожеными бараньими тушами. Говорят, что прибалты самые тормознутые, как бы не так, я еще не видел никого тормознутее этих австралийцев.
