— Ну, друг мой, Алексей, садись! — Одинцов побарабанил пальцами по столу, — Докладывай, как вы умудрились сесть в эту грандиозную лужу жидкого дерьма? Знаю я вас, физиков, все соображения у вас задним числом вылазят. Только не надо заливать про «случайное попадание молнии», потому что случайности в этом деле ждать, не дождаться. Уже ходят разговоры что ваша установка сама молнию притянула, и пресечь эти разговоры никак не возможно, поскольку есть свидетели, которые видели вытянувшийся к туче «светящийся хобот».
А потом именно через него ударила молния. Я тут со штурманом «Вилкова» пообщался, так вот он говорит, что мы этот тайфун прямо к себе притянули…. Пошел он на нас, так сказать, против всех законов метеорологии. Млять! Опять в лабораториях недоучли и на полигонах недоиспытали….
Мне оставалось только молчать, я еще не отошел от аварии и последовавшего за ней пожара…, а Одинцов продолжал, — Это я пока только про сгоревший «Туман» говорю, предсерийный образец, несчетное количество миллионов народных рублей.
Теперь о другом. Ты можешь мне сказать куда…., подевались все радиостанции мира, все спутники и прочая, тому подобная, техническая лабуда? Добро бы сгорела аппаратура от ваших игр, так ведь нет, и мы «Трибуц» с танкером прекрасно слышим, и они нас! А так же куда делся остальной флот, во главе с крейсером «Варяг»? Не знаешь, вот и я не знаю…. А уж падение температуры воздуха на пятнадцать градусов… и скачок из полудня в вечер, и из шторма в штиль, на этом фоне совершенная фигня….
Ну, товарищ Тимохин? Можете что-нибудь сказать? Не можешь! Куда ты завел нас Сусанин несчастный!"
"В этот момент мне стало по настоящему страшно, передо мной сидел «тот самый» Одинцов, великий и ужасный. И самое страшное, мне абсолютно нечего было ему сказать. Я сам не знал ответов на его вопросы…. Я, один из конструкторов «Тумана», не мог сказать, что именно произошло в тот момент, когда в работающий «Туман» ударила молния. Ясно, что мощность превысила расчетную на два-три порядка, причем, только на одной, правой, половине эффекторов.
Мы всегда добивались четкой балансировки сторон поля и по фазе и по мощности. Во что же могло выродиться маскирующее поле при таком грубом дисбалансе? Ответа нет, и скорее всего не будет… или он будет, но лучше бы его не было…. Исчезновение спутников и радиосвязи не очень хороший знак…. Я гнал от себя страшную догадку…. Эта догадка была страшнее всего, что мне мог сделать Одинцов.
