Так что я еще разок куснула широкое, твердое, упоительно вкусное плечо, подобралась к горлу, прихватывая губами тонкую кожу, чувствуя, как руки Эйнара увлеченно и головокружительно сжимают, мнут мои ягодицы, поднялась к челюсти, легонько сжала зубами… А потом коварный дракон отвлек мое внимание от справедливой (и безжалостной) мести, просто чуть-чуть повернув голову…
Не знаю, как так вышло, но когда я опомнилась, мы уже некоторое время увлеченно целовались.
…и зачем, спрашивается, опомнилась?
Поймав драконий язык, бесчинствующий у меня во рту, я легонько погладила его своим собственным, и опустив ресницы, сделала вид, что хитрого драконьего финта не заметила, и снова позволила себе утонуть в водовороте ощущений.
— Думаю, стоит попробовать что-нибудь, чего мы еще не делали, — шепнул мне на ухо дракон, подхватив меня под попу и опрокидывая на кровать.
— И чего это мы еще не делали? — удивилась я, откидываясь на спину и оплетая шею Эйнара руками.
По моим личным наблюдениям, секс оказался занятием приятным, но незамысловатым.
Дракон, покрывающий поцелуями мой живот, хрипло хохотнул, обдав горячим дыханием мою кожу.
— Да мы еще практически ничего не пробовали!
Я выгнулась, закусив губу, а совладав со сладким ощущением, строгим тоном уточнила:
— И почему это мы еще ничего не пробовали?
Шершавый язык вдумчиво прошелся снизу вверх по моему животу, оставив за собой влажный след, но я не дала подкупить себя поцелуями, которыми Эйнар принялся покрывать чувствительную кожу, сурово выговорила ему:
— Плохой, плохой дракон!
Дракон поперхнулся смешком, и я увидела, как сверкнули янтарные глаза, когда Эйнар поднял голову, оторвавшись от своего занятия — а потом он одним гибким движение поднялся вверх, прижав меня своим телом к постели, и хрипло прошептал на ухо:
— Этого мы тоже еще не пробовали!
Я непонимающе моргнула, и, откидывая голову так, чтобы дракону удобнее было выводить языком горячие узоры на моей шее, призналась:
— Я хотела сказать «Плохой, плохой любовник!», но у меня язык не повернулся…
— Вы просто неправильно его поворачиваете! — тихо рассмеявшись, вместо того чтобы обидеться, как я опасалась, пробормотал мне в губы Эйнар, и накрыл мой рот требовательным, властным поцелуем, заставив проглотить недоуменный вопрос.
Снова полыхнув безумным взглядом, он заскользил вниз, по горлу, по груди, к животу, прокладывая дорожки обжигающих поцелуев и болезненно-сладких укусов.
