Список чужих жизней

Истошно заголосила женщина. «Москвич» промчался по переходу, лишь чудом никого не зацепив. Шесть секунд – и пролетела «Волга», больше не нашлось желающих броситься под колеса. Дорога на север была практически свободна, но Лацис понимал, что гонку не выдержит. Справа к шоссе примыкала дорога, он свернул на нее, сбросив скорость, а пройдя поворот, снова начал лихорадочно переключать передачи. Населенный пункт не был перегружен транспортом. Обычный подмосковный городок, хотя с промышленными предприятиями был полный порядок.

Тянулся бетонный забор, мелькали двухэтажные бараки – многих жильцов из них уже расселили, зияли глазницы оконных проемов. Второй линией выстроились пятиэтажки, за ними торчали жилые панельки в девять этажей – в последние годы стало модно втыкать такие где ни попадя. Люди на остановке наблюдали за погоней. Не каждый день такое увидишь. «Москвич» беспрепятственно летел вперед, подпрыгивал на колдобинах, терял какие-то запчасти. Лацису уже было все равно – уйдет, не уйдет, но в любом случае отъездился… Белинскому не было все равно, казенную собственность следовало беречь! Ругаясь в полный голос, он объезжал опасные участки, теряя драгоценные секунды. Головы поотрывать этим коммунальщикам! Под боком Москва, там дороги такие, что Европа обзавидуется, а чуть за Кольцевую – страх божий… Дистанция и не думала сокращаться. Было слышно, как у Зинаиды на заднем сиденье от тряски стучат зубы. Сотрудница помалкивала, что тут скажешь, не используя характерные обороты русской речи? Как всегда: одни допускают ошибки, другие их исправляют, набивая себе шишки.

– А вообще мы молодцы, – внезапно повернул искаженное лицо Белинский. – Три часа прошло, а уже вычислили убийцу и даже видим его… Вернее, это ты молодец, Никита Васильевич, а мы склоняем перед тобой головы и обещаем учиться, учиться…

– На дорогу смотри, школяр хренов! – ахнул Никита.

Взвизгнула Зинаида. Колеса провалились в рытвину, машину безжалостно тряхнуло. Напрасно отменили в стране расстрелы ответственных работников…

– Миль пардон, товарищи! – вскричал Белинский.

 – Не велите казнить! Да все в порядке, товарищ майор, едем дальше, и сядем все! Где наши, Никита Васильевич? Где милиция? Почему мы должны за них отдуваться?

– Все в Москве, – выдохнула Зинаида. – Работают люди, а мы тут лезем со своими капризами.

Белинский злобно хохотнул. Порой этим людям многое прощалось, Никита закрывал на это глаза. Лишь бы работали.