Список приговоренных

Николай Петрович выглядел каким-то кислым, а выражение лица его было измученным. Женщина выглядела его ровесницей, даже казалась постарше. Она поила Николая Петровича минералкой и назидательно выговаривала ему:

– Ты, Коля, без меня ничего не можешь! Снял самый плохой номер, с каким-то дурацким видом, хотя я сто раз говорила, что нужен номер с видом на море! И опять питался здесь не поймешь чем, хотя я тысячу раз говорила, что тебе нельзя жареное! И врачи то же самое твердят! А ты как ребенок, честное слово! Вот язва и открылась! Все, хватит, я забираю тебя домой! Там как раз внуков привезли, будет тебе развлечение.

Гуров перевел взгляд в сторону. За дальним столиком сидела Антонина Павловна, со стороны наблюдавшая за этой сценой. Губы ее были обиженно поджаты, она сверлила женщину ревнивым взглядом, а на Николая Петровича бросала прямо-таки испепеляющие. Тот как-то стыдливо отводил глаза, стараясь не встречаться взглядом с Антониной Павловной. Бравый вид холостяка-пенсионера, успешного председателя колхоза с него слетел, и теперь это был пожилой грузный человек, одолеваемый проблемами семьи и здоровья.

– Хорохорился-хорохорился, а оказался женатым язвенником! – прокомментировала эту сцену дородная Вероника Васильевна, когда Гуров проходил мимо. – Вчера чебуреков навернул гору и вина бутыль выпил, а ночью «Скорую» пришлось вызывать. Язва открылась. Телеграмму жене дали, она и прилетела. Все, кончился отпуск! И правильно! Нечего хвост распушать, когда у тебя дома внуков семеро по лавкам!

И Вероника Васильевна злорадно блеснула глазами на унылого Николая Петровича.

Гуров прошел в номер. Мария уже поднялась и даже приняла душ. Она одарила мужа улыбкой, спросив:

– Ну что, пойдем на пляж? Ты готов?

– Нет, Маша, – ответил Лев. – На пляж я точно не пойду.

Гуров уже принял решение.

Станислав Крячко только что побеседовал с Крохановым и теперь ехал в Главное управление МВД.

Информация, полученная от чиновника, потрясла его, и теперь он думал о том, чтобы скорее поделиться ею с Гуровым. Станиславу хотелось действовать, и немедленно, но сколько бы он ни набирал номер своего друга, он был недоступен. Крячко злился, так как без одобрения Гурова, без совета с ним не мог ничего предпринять самостоятельно.

По его просьбе он уже давно позвонил Саше и выяснил, что у Алика действительно был друг по имени Максим.