Список приговоренных

– Да, в нашей среде, говоря неинтеллигентным сленгом, «мокрушничество» не в почете. Зубильского если и убили, то никак не коллекционеры. Безусловно, как знаток антиквариата он был на большой высоте. А вот как о человеке – увы! – ничего хорошего сказать не могу. Однажды он меня так нагрел… Даже неудобно рассказывать!

– Паш, да знаем мы все эту историю! – Роберт урезонивающе похлопал его по плечу. – Слышали уже…

– Знаете?! – Штыров этим известием был крайне удивлен. – Вот так-так!.. Ну… А что удивляться? Боб, я ведь тоже в курсе дела об истории с браслетом Тамерлана…

– Ну и ну! – теперь уже удивился Степанов.

 – Не жизнь, а сплошной анекдот… Все все знают и скрывают это. Да-а-а-а… Кстати, сегодня мне рассказали, что на Зубильского, невдалеке от его дома, совсем недавно напал какой-то гопник-борсеточник. В общем, ранним вечером, еще было светло, Платон откуда-то шел к дому. И тут на него внезапно накинулся какой-то тип… Вроде того, чтобы вырвать из руки борсетку. Но Зубильский хоть и в годах, а маху не дал. Врезал нападающему в скулу, и тот от него – наутек!..

Виталий, саркастично рассмеявшись, едко прокомментировал:

– Ну, а что удивительного? Мозоль, если в борсетке были деньги, мог и не то сотворить. Я бы и не удивился, если бы он ради спасения своих капиталов тому гопнику все руки-ноги переломал…

– Что-то я об этом вообще ничего не слышал… – недоуменно пожал плечами Роберт.

– Да мне буквально полчаса назад один наш начинающий коллега позвонил, интересовался ценами на золотые византийские монеты и промеж делом рассказал про этот случай, – закуривая, пояснил Штыров.

Слушая антикваров, Гуров неожиданно вспомнил: царапина на руке Зубильского! Вот откуда она взялась… Значит, не исключено, что на Платона напал не грабитель, а киллер? Вполне реально! Нападавший лишь инсценировал ограбление, а его главной задачей было нанести царапину, например отравленным шипом. Все сходится. О таком способе убийства, который достаточно широко был распространен еще в Средневековье, а то и ранее того, Лев уже читал.

– Павел Александрович, а как бы мне поговорить с этим вашим знакомым? – спросил он Штырова.

Тот, потерев лоб, смущенно развел руками:

– Лев Иванович, да мы с ним знакомы-то сугубо «постольку-поскольку»… У меня даже его номера телефона нет. Если ему нужно что-то узнать, он сам мне звонит.

– Но если он вам звонил, то в памяти вашего телефона его номер должен же был сохраниться, – испытующе посмотрел на него Гуров.

– Вообще-то да.