– Мы все – один организм, – страстно говорила Нина, – нас связывают незримые нити. Теперь я не одинока в безжалостном мире, а мои стихи звучат на наших собраниях. Более того, приняв истинную веру, ощутила невероятный творческий подъем и пишу больше и лучше. Кстати, этот факт даже отмечают посторонние люди. Вот смотрите.
И она гордо выложила на стол бумажку. Издательский договор. Некое «Коро» собиралось выпустить в свет книжку «За голубым туманом», принадлежащую перу Сундукян.
– Ах, ах, ах! – застонала я. – Дорогая, познакомьте с Отцом, хочу тоже обрести смысл жизни.
– Нет ничего проще, – обрадовалась Нинель, – хотите послезавтра поехать в обитель?
Я энергично затрясла головой. Еще бы, просто мечтаю.
Глава 24
Домой прискакала радостная. По дороге купила двадцать штук пирожных и много конфет. Устроим сегодня чаепитие, наконец-то расследование сдвинулось с мертвой точки, скоро увижу Верочку, а там уж придумаю, как выкрасть девочку. И вообще мои домашние все очень милые, ласковые, приветливые, а Алиска не такая уж и грубиянка, ну и пусть отпускает свои непроизвольные словечки, если ей от этого легче.
Кстати, Филя, кажется, на самом деле неплохой врач. Капли, которые он дал мне от мигрени, действовали самым волшебным образом, голова переставала болеть сразу. Иногда просто нюхала пузырек и выздоравливала. По-своему симпатичен и Фредди…
Переполненная счастьем, я толкнула дверь в гостиную и увидела Алиску с газетой на диване. Ольга сидела возле телевизора. Похоже, она превращается в нарцисса, опять любуется видеозаписями «Мира спорта».
– Нравится? – спросила я.
Зайка повернула голову и недовольно заявила:
– Отвратительно. Под глазами тени, нос длинный, волосы как мочалка, смотреть невозможно…
– По-моему, ты слишком к себе критична, – засмеялась Алиска, не отрываясь от статьи. – На экране изумительно смотришься, намного лучше, чем в жизни!
– Ты хочешь сказать, на самом деле я выгляжу еще хуже, чем тут? – указала Ольга пальцем в сторону «Панасоника»."
"– Конечно, – заявила балерина, – в жизни ты лахудра лахудрой, ничего особенного, а в свете софитов превращаешься в красавицу.
Кстати, чаще с людьми случается наоборот. Приходит такая вся из себя роскошная, просто Мерилин Монро, а глянешь из зрительного зала на сцену: мочалка мочалкой.
Зайка задохнулась от негодования.
– Никакая я не мочалка!
– Нет, – спокойно подтвердила Алиска, опуская газету, – ты больше походишь на кошелку!
Но я уже не слышала их перепалку.
