Это…
Но она не успела договорить. С улицы раздался жуткий вой. От неожиданности Зайка уронила вилку, а кто-то из гостей громко ойкнул.
– Что это? – прошептала, бледнея, Маша.
– Наверное, бродячая собака в сад залезла, – отчего-то посинев, предположил Кеша.
– Не надо пугаться, – твердо сказал Филя, – просто Мумо вернулся!
– Кто? – почти в один голос вскрикнули присутствующие.
– Сейчас я его прогоню, – пообещал Филя и выключил свет.
В почти полной темноте слышалось только возбужденное сопение наших собак.
– О, Мумо! – завелся колдун, открывая окно. – Уходи в свои владения, заклинаю тебя духом Юмо и зеленой лозой священного дуба, о, Мумо!..
Но в ответ на его призывы из сада слышался все тот же утробный вой, иногда срывающийся на визг.
– Ужас, – прошептала Зайка.
– А он к нам не войдет? – опасливо спросила какая-то дама.
– Мумо, о, Мумо, – заявил Филя, потрясая чем-то, больше всего похожим на корзинку для спиц, – Мумо, уходи.
Мне надоел этот цирк, и я тихонько выскользнула из столовой, открыла входную дверь и выглянула в сад.
Рядом со ступеньками, в тени большой ели сидел абсолютно несчастный мопс Хуч и издавал напугавшие всех звуки. Толстенький, симпатичный Хучик – большой любитель вкусной еды и мягких диванов. Холодную погоду он не переносит на дух и длинные, темные зимние месяцы проводит, зарывшись в груду пледов. Оживляется Хучик только при виде съестного, нюх у него невероятный, а слух, как у горной козы. Если ночью я собираюсь съесть шоколадку – грешна, люблю уничтожать сладкое в постели, – Хуч несется в мою спальню со всей скоростью, какую способны развить его маленькие кривоватые ножки.
Отказать ему в угощении невозможно. Огромные карие глаза мопса глядят на вас просительно, розовый язычок подрагивает. Руки сами засовывают ему в пасть сладкие кусочки. Проглотив подачку, Хуч залезает на кровать, укладывается под одеяло и преспокойно засыпает. Гулять он не любит. Аркашка выпихивает мопса за дверь пинками, а пес сопротивляется изо всех сил, цепляясь лапами за порог.
Летом, впрочем, может пройтись по саду, зимой же норовит пописать в кошачий туалет. Наши киски, гневно фыркая, пытаются выгнать оккупанта из своего сортира. Пару раз Хучу крепко досталось от Фифины и Клеопатры, но мопсик несгибаем. Если на улице дождь, снег, ветер, холод, он невозмутимо усаживается на гранулы «Пипи-кэт».
Сегодня ему фатально не повезло.
