Сплошная лебедянь!

И стал думать, как лучше сказать все Дине, и чем больше он думал, тем яснее становилось ему, что легко он не отделается.

Он примчался в госпиталь. Сестра ждала его в вестибюле. Вид у нее был донельзя утомленный, даже измученный.

– Ванечка, родной! Спасибо, что приехал! – обняла она брата.

– Как я мог не приехать? О чем ты говоришь! Ну, что Виктор?

– Он без сознания. Но врачи говорят, что операция прошла успешно, что он выкарабкается. У него на ноге аппарат Илизарова… Ваня, мне так страшно…

– А Толяну ты сообщила?

– Нет.

– Лиза, но ведь он может здорово обидеться. Ты не права, по-моему.

– Уверен! Хочешь, я свяжусь с ним, но скажу, что в его присутствии пока нет необходимости…

– Пока? – вскинулась Елизавета Алексеевна.

– Хорошо, не буду говорить «пока».

– Ваня, давай подождем! Пусть Витя придет в себя, чтобы зря не пугать мальчика.

– Ничего себе мальчик! Ну как хочешь! А ты вообще что-то ела?

– Ну вот что, так не годится! А то Виктор очнется, а ты с голоду в обморок хлопнешься.

– Я тут побуду, а ты пойди поешь.

– Ну хорошо, а то я и вправду еле на ногах стою.

– А поезжай-ка ты домой, Лизаня, поешь, прими душ и поспи часок-другой…

– Нет! Об этом не может быть и речи.

– Ну что с тобой сделаешь. Хоть поешь. А я поговорю с врачами.

Елизавета Алексеевна ушла. Иван пошел искать лечащего врача. И, к счастью, нашел его в ординаторской.

Доктор оказался еще молодым, но вид его внушал доверие.

– Извините, доктор, я по поводу Виктора Сергеевича Веснина.

– Ну что вам сказать… Все могло быть в сто раз хуже. Но организм у него крепкий, выкарабкается. Конечно, загадывать наперед дело неблагодарное, но перспективы совсем даже неплохие. Мы тут и не таких по частям собираем…

Этот человек, такой уверенный в себе, такой шикарный, но с хорошим добрым лицом, внушил доктору уважение. Никаких истерик, никаких угроз, никаких ссылок на знакомство с высшим начальством.

– Доктор, может быть нужны какие-то лекарства?

– Да нет.

– А почему он не приходит в себя?

– Защитная реакция организма. Думаю, еще часа три-четыре и очнется. А вот его жену я бы…

– Я отправил ее поесть.

– Это правильно. Она вас послушалась?

– А куда она денется!

У доктора зазвонил телефон.

– Извините. Алло. Да. Отлично. Иду! Вот, наш больной открыл глаза.

– Слава богу! Вы меня к нему пустите?

– Нет.