Тонула в темно-зеленых глазах, которые сейчас казались дьявольски черными.
Моя рука с бокалом дрогнула, ноге стало сыро. Я опустила голову и несколько мгновений тупо таращилась на красное пятно, расплывающееся по пушистой ткани. Вино пролила…
– Ой! – отмерла я и рванула в ванную комнату.
Чтобы смыть водой, пока не впиталось окончательно.
Когда я вышла, в номере было подозрительно тихо. Лишь с дивана доносилось еле слышное сопение. Нет, этого не может быть! Но когда я подкралась и осторожно заглянула за угол ниши, стало ясно: очень даже может.
Ну ничего себе!
Мой босс уснул, развалившись на подушках, и заняв при этом добрую половину дивана. Ну и что теперь делать мне? Будить его и выгонять? Так себе мысль. Это вообще-то его номер и его диван. Да и последние дни были настолько тяжёлыми для нас всех, что растолкать дико уставшего человека просто рука не поднимется. А он не железный. Хоть и держался так, словно ему все нипочем.
Бросить его на диване, а самой пойти на его кровать? Это будет и вовсе вопиющей наглостью и нарушением всяческой субординации.
К тому же вдруг он проснется среди ночи и решит перебраться к себе? А тут такой сюрприз! Думаю, ни одна из соискательниц его мужского внимания не заходила так далеко!
Единственное, что я смогла сделать, так это взять случайно неоккупированную боссом подушечку и свернуться в клубок на оставшейся мне половинке дивана, головой к подлокотнику, ногами к боссу. И надеяться, что среди ночи он обязательно сам проснётся и утопает в свою комнату.
Эта мысль показалась мне настолько хорошей и правильной, что я сразу же уснула.
⁂Проснулась я от того, что наглые лучи солнца били мне прямо в лицо, а к дивану придавливала какая-то невероятная тяжесть.
Я приоткрыла глаза и обнаружила, что босс отнюдь не утопал в свою комнату. Наоборот, он развалился с удобствами рядом со мной, и даже немножечко сверху. Его сильная теплая рука прижимала меня к дивану. А прямо перед моим носом оказалась его крепкая загорелая шея.
Наверное, я еще как следует не проснулась, поэтому происходящее не казалось мне возмутительным, ужасным или неприличным.
Уж не знаю, как на узеньком диване мы смогли устроиться вдвоём, и притом вовсе не было тесно. Наоборот, уютно и хорошо. И в принципе, мне даже не хотелось прекратить это немедленно. И вместо того, чтобы завизжать и столкнуть неприличного босса с себя, я на мгновение замерла под его тяжестью, будто осваиваясь с нею.
