Спор на недотрогу, или Я выбираю тебя

Но разве я ему нужна?

Вся трясусь, ругаюсь и еду непонятно куда.

— Если вам Леська меня сдала, то она со злости. Отпустите, пожалуйста, — в безысходности прошу, почти с мольбой.

— Долго не задержим. Скоро все узнаешь, — хрипит, который с бородавкой, кстати, она почему-то помялась от удара яблоком. У молчуна вообще сдвинулась бровь.

Больше на мои просьбы не отвечают. На ругательства хмыкают, а то и смешки издают.

— И где мы? Где участок?

Радует пока, что не в лес завезли. Жилой дом и знакомый. Рассмотреть и задуматься, мне не дают.

Подъезд. Лифт. Мое сердце скоро выпрыгнет от ужаса.

Почему именно со мной происходит такое?

Неприятности любят меня и преследуют. Толпа по чистой дороге пройдет, а я обязательно там же вступлю в дерьмовую кучу.

— Где ваш участок? — спрашиваю снова.

— Поднимайся по лестнице и входи. Отметишься и будешь свободна. Не бойся.

Говорит со мной все тот же, с бородавкой, а молчун снимает наручники. Подталкивают к двери в конце лесенки. Но вместе со мной не входят и, по звуку, ключом проворачивают со своей стороны.

Мамочки! Куда я попала?

Здесь же крыша, а не участок.

Дергаю дверь открыть, но там уже заперто.

Всего-то девятнадцать лет пожила. Кто-то решил, что хватит. Капееец.

— Майя, ты ко мне с любимым блюдом?

Захлебываюсь в словах из ругательств. Меня же так и притащили с капустой сюда.

— Узнаешь наше место? — Гордей ближе подходит.

Сюда меня летун на закат заманил. И ради чего? Хнык. Всхлипываю внутри себя.

— Совсем уже всю совесть потерял? Сомов, ты идиот?!

Беру и бросаю в него капустой.

Он ловит кочан на лету. И хоть бы немного боялся, чтоб его, ненормального.

— Да, я влюбленный идиот. Майя, ну я не могу без тебя, а ты не прощаешь.

— И ты думаешь, что сорвал меня сюда, насильно попросил привезти, тебе поможет?

Вот сейчас я вообще ничего не поняла.

Почему он уверенный такой подозрительно…

— Что значит, когда-нибудь?

— Будем здесь сидеть, пока не поможет. Можем и пожить какое-то время, как в отеле «На крыше».

— Ты серьезно? Сомов, лучше не шути так, — мне дурно становится и хочется кого-то прибить.

Но он не весел, я вижу в нем вчерашнюю горечь в глазах, такой же расстроенный, и еще больше небритый.

— Майя, я хочу поговорить с тобой, все объяснить. Без вранья, только правду. Но ты меня гонишь или сбегаешь. А я не могу без тебя, понимаешь?

Вроде бы я могу без него…

Уже слезы плакать в подушку закончились.