Спорим, будешь моей

Пальцы с трудом слушаются, не сразу удается открыть дверь. А потом… Едва справляюсь с подъёмом во внедорожник. Выдыхаю свободно лишь, когда захлопываю дверь.

Артем сразу же заводит мотор и начинает ехать. Осознает, наверное, что полностью расслабиться я смогу только вдалеке от дома. Я не спрашиваю, куда мы едем. Подозреваю, что на дачу. И меня этот вариант вполне устраивает. Только волнение мощной дрожью выходит. Все тело трясется, это заметно визуально. Артем только смотрит на меня и все понимает. Протягивает руку и находит мою ладонь.

– Сейчас приедем, обниму, – обещает с неизменной улыбкой, но по глазам вижу, что тоже переживает. – Расскажи пока, что делала вчера? Чем болела?

Я почему-то не могу признаться, что лгала. Хотя очень хочется. Вместо этого продолжаю нагромождать.

– Температура поднялась… Горло… – шепчу, прикрывая глаза.

Ненадолго. Потому что мне жизненно необходимо смотреть на него. Держать непрерывно в ракурсе. Он – вот, что меня успокаивает.

– А сейчас как? Болит что-то? Температура как?

В голосе неподдельное беспокойство. Как бы странно это ни было, но я, оказывается, ничего подобного никогда не получала дома. Любая хворь у родителей вызывала… досаду и какую-то смиренную горечь.

Почему-то сейчас это осознание поражает меня, как шаровая молния.

– Все хорошо, – выговариваю все еще сипловато. – Я просто перенервничала, пока уходила. День, и я… Боялась, что кто-то увидит.

– Понимаю, – выдыхает Чарушин как-то устало.

Надеюсь, это чувство не на меня направленно. Сердце еще и вес переживаний по этому поводу принимает.

Рвусь сказать, что люблю его. Но не получается. Никак. Слова застревают в горле. Ни вдохнуть, ни выдохнуть не могу.

От звуков его ласкового голоса мне лишь хуже становится. То есть, лучше, конечно. Просто захлебываюсь эмоциями и окончательно теряю самообладание.

Поднимаю его ладонь и прижимаю ее к своей щеке. Жмусь, как щенок. Может так удастся передать все, что чувствую.

– Сейчас, Лиза… – хрипит Чарушин крайне сдавленно. – Еще немного и будем дома.

Дома… Из его уст это слово такое странное. Теплое. Уютное. Волшебное!

– Ты насколько вырвалась? Пару часов есть?

Вижу по глазам, какой надеждой горит, побыть подольше вместе. И впервые за сегодня улыбаясь, выдаю:

– Я твоя до завтрашнего утра.

Чарушин не скрывает своей радости. Так широко улыбается… Так красиво… Так искренне… Потрясающе!

Мы заезжаем во двор.