Спорим, тебе понравится

— Если дама желает, кто мы такие, чтобы отказать? — резонно вставил свои пять пенсов Алекс.

Теперь его губы гуляли по моим плечам и спине, а руки разминали попку, пока я целовалась с Дани, пальцы которого ласкали мою грудь.

Он что-то прошептал мне на ухо про пирсинг, но я не разобрала, хотя адски завелась от одного упоминания штанг в моих сосках. Дани сейчас обращался с ними очень ласково и бережно, позволяя мне отойти от острых стимуляций, которые практиковал Алекс. Я снова и снова, с каждым поцелуем, с каждым движением, с каждой секундой в объятиях этих мужчин понимала, что они идеальны для меня.

Наше трио — это полная гармония и стопроцентное соответствие.

Мне не было страшно, когда Алекс попросил меня наклониться, прогнуться и вошел, заставляя стонать и охать от тесноты и наполненности. Мне не было больно, когда он потянул меня назад, заставляя выпрямиться и прижаться спиной к его груди. Он, как у двери, взял меня под коленом, приподнял ногу, открывая себе и Дани идеальны доступ.

Алекс начал двигаться, а Дани смотрел, легонько поглаживая мой клитор, шепча, какая я красивая и горячая.

Его пальцы погрузились внутрь, и я знала, что он чувствует движения члена Алекса через тонкую стенку внутри меня.

— Дани, пожалуйста, — позвала я, умирая от желания снова получить их обоих.

— Сейчас, керида, сейчас.

В этот раз я дольше была в сознании, дольше оставалась в разуме, дольше могла оттягивать разрядку, которая, правда, неминуемо наползала, заволакивая все вокруг туманом бессознательного, густого наслаждения.

Я отдалась им снова, полностью доверилась, подарила свое тело и душу двум потрясающим мужчинам. Я любила их по отдельности, но это чувство становилось сильнее, когда мы были все вместе.

Теперь я более чем понимала слова Алекса.

Кажется, я снова была где-то далеко, где слышала шепот:

Я проснулся рядом с Аней рано утром. Необъяснимая тревога сжала сердце. Но ведь она здесь, все в порядке.

Только вот Даниэля не было рядом.

Я взглянул на часы — шесть утра. Что подняло его так рано? Он, конечно, не соня, но вставал всегда около девяти.

Поцеловав Энни в лоб, я накрыл ее простыней и встал.

По пути на кухню я не мог не вспоминать все, что вчера произошло. Она дважды сделала меня отчаянно счастливым. Нас обоих. Я никогда не чувствовал ничего подобного к женщине и не получал такого удовольствия от секса втроем. Но Энни… Она была особенной, и секс с ней был особенным. И жизнь.