На прошлой перемене Андриянова ему почти по самые гланды язык в рот засунула.
— Что? — ахнула я.
— Что? — рассмеялся Аммо, а затем резко замолчал и посмотрел на меня исподлобья. — Не знаешь, как это делается? Иди сюда, научу.
— Так, — подняла я руки в защитном жесте, — стоп! Языки — это, бесспорно, прекрасно, но я хотела от тебя другого.
— Продолжай, Ника. Ты меня заинтриговала, — Рафаэль томно прикусил нижнюю губу, и я фыркнула, подавив в себе желание топнуть ногой.
— Мне нужно поговорить с Басовым.
Можешь ему передать мою просьбу?
— Он мне не поверит, — усмехнулся парень, — пиши записку.
— Ладно, — и я тут же достала из рюкзака тетрадь по геометрии, выдрала из неё лист и накарябала первое, что пришло в голову.
«Есть разговор, Ярослав. Сегодня после шестого урока буду ждать тебя в библиотеке. Ника».
Сложила записку вчетверо и протянула её Аммо. Тот лишь широко улыбнулся и стремительно покинул помещение, так как неожиданно прозвенел звонок на занятие. Я тут же драпанула вслед за ним, боясь опоздать на урок к родной матери, ведь она не терпела подобных вольностей.
Но все эти переживания отошли на второй план, когда спустя два урока, я снова направилась в сводчатые залы цитадели книг. Вошла помещение и почти сразу же напоролась на пронизывающий карий взгляд.
Басов.
Он стоял на втором ярусе библиотеки, в разделе зарубежной литературы, облокотившись предплечьями на перила, и смотрел на меня так, будто бы хотел сожрать. А затем выпрямился, поманил меня к себе указательным пальцем и скрылся между стеллажами.
Я же лишь сглотнула нервное напряжение, приказала своим поджилкам не трястись и шагнула вслед за ним.
— Пора с эти кончать, — кивнула я сама себе и подняла голову выше.
Глава 10 - По чесноку
Вероника
Под моими ногами жалобно скрипнула последняя ступенька деревянной лестницы, ведущей на верхний ярус библиотеки. Я от этого звука вздрогнула, но не темноволосый парень, сидящий на широком подоконнике огромного окна, расположившегося между двумя высокими стеллажами с книгами.
"
"Одна нога Басова была спущена на пол, вторую он согнул в колене и опёрся об неё предплечьями, хмуро созерцая происходящее на улице. Он казался абсолютно спокойным и уверенным в себе, тогда как я сама вся издёргалась и только и делала, что нервно облизывала губы, да поправляла очки на переносице.
Последний раз беспокойно качнулась с пятки на носок, но всё-таки шагнула к нему ближе.
