Спорим, ты влюбишься?

Действительно, с чего бы мне так упорно интересоваться теми событиями? А не задумала ли я какую каверзу? Наверняка общение с предприимчивыми бизнесменами научило его держать язык за зубами.

Нужно было что-то делать, и я поднесла свободную руку к своему сердцу и театральным шепотом произнесла:

– Только ты сейчас можешь спасти мою израненную душу. От твоих, Ванечка, слов, зависит, продолжит ли в ней полыхать огнь любви или затухнет навсегда под действием людского коварства.

Не перестаралась ли? Я с опаской посмотрела на своего единственного зрителя.

Но тот, кажется, принял мой экзерсис за чистую монету. В его замутненных глазах даже сверкнула скупая мужская слеза. Он кивнул головой, и, выдержав паузу, начал свой сбивчивый рассказ.

Оказалось, что в ту ночь напиться до потери памяти смог только один человек – счастливый жених. Я вспомнила, как живописно он лежал на диване вверх ногами. Действительно, переплюнуть его вряд ли кому-то удастся. Даже Ванечка сейчас по сравнению с ним трезв как стеклышко.

– Серж был пьян, – убежденно заявила я.

Уж это-то я видела собственными глазами! Да он и сам говорил об этом позже.

– Был? – переспросил Ванечка. – Ну да, конечно. Был. Но!

Серж, конечно, выпивал, этот факт актер признал безоговорочно. Но тот вообще обладает уникальной способностью не пьянеть. Сколько бы он ни принял на грудь, в состояние здравомыслящего человека он может вернуться буквально по щелчку пальцев.

– И? – вытягивать подробности оказалось очень трудным делом.

Серж с Владом ругались.

И это не было похоже на дружескую перепалку. Все выглядело очень серьезно.

Потом Ванечка отвлекся… а потом кто-то попросил листок и ручку. Актер пошарил по карманам и выудил потрепанный блокнот, в который записывал свои наблюдения, а иногда даже и стихи. Он протянул спорщикам свою добычу.

– И что они писали на том листочке, вспомни, а? – попросила я его.

– Да кто их знает, – отмахнулся тот и потер рукой лоб. – Договор какой-то составляли. Скукота!

Ванечка замолчал и многозначительно посмотрел на бутылку.

Может, глоток алкоголя освежит его память? Я протянула ему вожделенное пойло, и он тут же припал к нему губами.

– Эй, хватит! – попыталась остановить его я, когда поняла, что одним глотком дело не ограничится. Несчастный влюбленный оторвался от бутылки только тогда, когда на донышке осталось совсем чуть-чуть огненной жидкости.

– Ну как? – с надеждой спросила его я.

Но он посмотрел на меня так, будто не узнал, и тут же упал спиной на лавку и захрапел.