Спору нет!

– Мы платить тысяча евро!

– Зато вы похитили Нину Александровну, – оборвал его вопли Цесаркин. – Вкололи ей неизвестный препарат, тем самым нанесли вред здоровью.

– А вы, собственно, кто? – воинственно уставилась на него Анна.

– Я – адвокат семьи Тарантуль, – холодно отрезал Цесаркин. – И приложу все усилия, чтобы закрыть вас вместе с дядей!

– Диего – мой кузен, – нервно бросила Анна. – И я ничего не сделала!

– Следствие разберется, – остановил базар Афиногенов. – Пожалуйста, подробно опишите картину.

Риоха снова замахал руками, показывая размеры утерянной семейной реликвии.

– Там нет ничего стоящего для непосвященного человека, – пролепетала Анна. – Очень похоже на рисунок маленького ребенка.

– Я могу рисовать как Рембрандт, но мне понадобилась вся жизнь, чтобы научиться рисовать как ребенок, – пробормотала задумчиво Нина и добавила чуть слышно: – Это цитата Пабло Пикассо. – Она перевела взгляд на Диего, потом на Анну и, смущаясь, заметила:– Ваши описания подходят только к одной покупке из Барселоны.

Хорошая копия картины «Художник» Пабло Пикассо. Я, безусловно,верну вашу собственность, но удовлетворите мое любопытство. Когда и кем была сделана копия?

Диего, услышав перевод, задумался на минуту, а потом снова зажестикулировал перед носом переводчика и надулся словно гусь, всем своим видом показывая самодовольство и спесь.

– Он утверждает, – вставил переводчик, – что рисовал эту картину лично с подлинника, хранящегося у дона Энрике Муньеса, уважаемого человека и шефа Риохи.

Сама картина висит в кабинете Энрике, и Диего как-то на спор нарисовал копию.Получилось замечательно, даже сам дон Энрике с трудом отличил от оригинала.

Риоха закивал головой и, смеясь, добавил что-то.

– Сеньор утверждает, что выиграл спор только потому, что был пьян.

– Прекрасно, – заметил лысый человек в синем костюме, сидящий рядом с Афиногеновым. Цесаркин сперва подумал, что это секретарь.

Но Синий костюм держался строго и властно, и Денис понял, что этот человек носит на своих плечах погоны не ниже подполковника.

– Вы, господин Риоха, только что в присутствии свидетелей сообщили правоохранительным органам о судьбе картины Пикассо, украденной в тысяча девятьсот девяносто восьмом году. Я, как следователь Интерпола, задерживаю вас до выяснения обстоятельств.

Услышав перевод, Риоха побледнел и забормотал, испугавшись:

– Пройдемте, – велел Синий костюм. – Нужно оформить свидетельские показания.