— Верно! А я совсем позабыл! И как только ты помнишь?
— Нашелся такой человек, что подсказал мне, — улыбаясь, ответил Ши Гань. — Ты ждешь кого-нибудь сегодня в гости?
— Нет, я никого не приглашал, но, если заглянешь вечерком, буду рад.
Ши Гань кивнул головой.
Когда Цяо Гуанпу вернулся после работы домой, стол уже был накрыт. Стояла бутылка вина и несколько рюмок. Значит, жена подготовилась к его дню рождения. Он уже собирался приняться за еду, но Тун Чжэнь попросила подождать.
— Я пригласила к нам Ванбэя, — улыбаясь, объяснила она.
— Больше никого?
— Никого.
Тун Чжэнь очень хотелось, чтобы муж и ее племянник помирились. Она воспользовалась случаем, надеясь, что рюмка вина сблизит старых врагов. Цяо Гуанпу понимал ее, хотя всегда считал, что истинная дружба и доверие рождаются не в застолье. Да и зла на Ванбэя он не держал. Но раз жена пригласила его в гости — пусть приходит.
Однако Си Ванбэй задерживался, зато пришли несколько старых ганьбу. Их визит был полной неожиданностью для супругов.
Все эти люди более десяти лет назад руководили отделами и цехами. Сейчас почти все занимали менее ответственные посты.
— Желаем долголетия имениннику! — приветствовали они хозяина дома.
— Проходите, гости дорогие. Рад вас видеть. Интересно, кто вам сообщил?
— Сами помним, товарищ директор. Не такая у нас короткая память, — многозначительно произнес бывший начальник административного отдела, по прозвищу Лысый Ван.
— На чью это короткую память вы намекаете? Не на мою ли? — усмехнулся Цяо Гуанпу.
— На чью же еще? Мы надеялись, что вы помните старых друзей. Но прошло целых две недели, как вы вернулись на завод, и что же? Никого не восстановили в прежней должности, никому не воздали по заслугам. То ли дело директор котельного завода Лю. Как пришел на завод, в первый же вечер собрал у себя дома всех старых ганьбу, напоил-накормил. Дело не в том, сколько было выпито и съедено, а в отношении к людям. На другой день он всех, кто пострадал, восстановил в должности. Вот о таком человеке можно сказать, что он помнит старых друзей.
Цяо Гуанпу изо всех сил старался не показывать виду, до чего его раздражают подобные разговорчики, — как-никак он хозяин дома, а эти люди — его гости.
— Скоро два года, как пала «банда четырех», а вы все помните о старых обидах, — ответил он.
— «Банда четырех» пала, но сторонников ее осталось немало, — отозвался другой гость. — Сейчас никого не увольняют, но и с восстановлением в должностях не торопятся.
