Срок для Бешеного

 — После армии четыре месяца не мог устроиться, груши околачивал! Спасибо человеку одному — помог…

— На блатное, теплое местечко? — подхватил капитан, крутя сигарету. — Что за молодежь пошла, только бы урвать, только бы поменьше работать да побольше получать!..

— А ты как думал, начальник? У тебя, гляжу, тоже не очень пыльная и тяжелая работа!.. — со злостью заметил Говорков.

Последние слова вывели капитана из себя. Нервно смяв сигарету, он резко встал со стула, ему захотелось поставить «мальчишку» на место, но, встретившись взглядом с Савелием, он взял себя в руки.

— Что ты знаешь… — капитан не договорил фразы и вдруг неожиданно разорвал постановление Савелия. — Санчасть благодари!..

Карантинный барак, или карантинка, куда поместили новоприбывших, был пристроен к торцу административного корпуса и рассчитан на сорок человек.

Двадцать двухъярусных кроватей тянулись вдоль глухой стены. Единственное окно с мощной решеткой было покрыто толстым слоем наледи, в от него сильно тянуло морозом.

Карантинным барак назывался потому, что там обычно до выхода в зону содержались новенькие.

По непонятной причине их поместили не сюда, а в камеру ШИЗО. Возможно, это было связано с тем, что они прибыли в пятницу и никому не захотелось с ними возиться. Однако начальник санчасти, ознакомившись с их делами, нашел у кого-то болезнь, которая могла вызвать инфекцию у «спецконтингента», и потому их поселили в карантинку до более точного выяснения…

Как и все жилые бараки, карантинка была огорожена высоким забором с металлической сеткой.

Этот огороженный участок, который назывался локальным. Зеки именовали локалкой.

Все локальные участки имели один вход, который открывался зеком-вахтером, то есть лекальщиком, либо по специальному разрешению, либо в сопровождении зека, облеченного соответствующими полномочиями: завхоза, бригадира, нарядчика и так далее.

Локалка закрывалась на ключ, который находился у завхоза карантинки.

В карантинном бараке, кроме жилой секции, была своя умывальная комната с грязновато-желтым кафельным полом и стенами, покрытыми никотиновой копотью от сигаретного дыма.

В ней было три крана с ледяной водой. Они торчали над потресканными, обшарпанными раковинами. Остальные «удобства», то есть уборная, находились «на воздухе», внутри локального участка. Сколоченная из разновеликого горбыля, с огромными щелями, уборная представляла собой не только унылое, но и опасное зрелище…

Внутри жилой секции было немногим теплее, чем на воздухе.