Срок для Бешеного

Одеревеневшее тело не желало подчиняться… Такое же состояние было у него и на суде…

Это произошло в тот момент, когда Савелий вдруг осознал, что Лариса, его любимая Лариса совершенно не заинтересована в благополучном для него исходе дела. Единственный близкий ему человек — отказался от него, предал… Он стоял до тех пор, пока не пришел врач, насильно заставивший его прилечь.

Савелий ничего не слышал и ничего не ощущал. Что-то говорил врач, адвокат, судья… Его прослушивали, осматривали, что-то говорили ему.

А он?.. Он как бы со стороны наблюдал за всем, что происходит вокруг, и видел только одно: пустые и холодаю глаза Ларисы. И слышал ее странный, какой-то нереальный голос, сквозь хохот истерично бросающий ему — Кто ты такой? Я не знаю тебя!

Единственно, чему удивлялся в тот момент Савелий, — почему голос доносится из этих безразличных глаз?.. Ее голос существовал как бы независимо от нее… Странное это было состояние… Нет, он не терял сознание и совершенно четко видел все вокруг, слышал, даже понимал, но… Но совершенно не владел своим телом, словно оно было чужим, а он со стороны наблюдает за тем, что с этим телом делают…

Он пришел полностью в себя только тогда, когда судья огласил приговор: что? Ему девять лет лишения свободы? Девять лет? За что?! Как это возможно?

Зал судебных заседаний опустел мгновенно, и милиционер, стоящий рядом, положил ему руку на плечо:

— Руки — назад! Пошел!

Савелий подчинился машинально и двинулся за милиционером, медленно спускаясь по лестнице.

«Нет! Что-то здесь не так! Лариса! Почему ты промолчала о нас? Я же люблю тебя! Может, тебя заставили? Под угрозой заставили? Под угрозой заставили так говорить?! Я должен это узнать!» — стучало в его мозгу.

Савелий оглядывался по сторонам, ожидая, что Лариса вот-вот появится и все станет ясно. Но ее все не было, а его сейчас закроют под замок, и тогда будет поздно!..

На площадке перед выходной дверью Савелий резко повернулся и толкнул одного милиционера на другого. Столкнувшись, они упали, а он бросился к дверям… Но когда открыл, то навстречу ему шли трое сотрудников, возвращавшихся обеда.