Ссыльные лекари

Зато стирка испорченной одежды прошла очень увлекательно, так как пришлось несколько раз ловить серо-коричневый комочек, чтобы он не шлёпнулся в мыльную воду. Наконец, все текущие хлопоты были завершены, мы оба поели и завалились в кровать, чтобы немного поспать. Открыла я глаза сразу, как почувствовала возню рядом с собой. И надо сказать, вовремя на вытянутых руках отставила щенка подальше от кровати: всё-таки вытереть с пола лужицу гораздо легче и проще, чем сушить сорочку, одеяло и простынь с матрасом.

А вот обратно затащить малыша оказалось труднее: руки предательски тряслись, грозя его выронить, да и тело болело так, будто меня палками били. И что же мне спокойно-то не жилось, а?

С трудом стащив себя с кровати, я натянула на себя платье и немного походила взад-вперёд, чтобы хоть немного заставить мышцы прийти в подобие нормы. Под одеялом ещё какое-то время сохранялось моё тепло, поэтому радуясь относительной свободе от мохнатого «ребёнка», устроилась в старом кресле и достала одну из принесённых ранее книг.

Однако стоило мне её чуть полистать, как внутри обнаружилась чёрная тетрадочка, спрятанная в специально вырезанном под её размер углублении.

Буквально первая же фраза меня насторожила: «Это уже третий дневник, который я начинаю с тех пор, как оказалась в Веройсе, потому что два предыдущих сгинули бесследно...». Но никаких подробностей, каким образом Тония – она же Антония Скайрен, оказалась в этой деревне, не было.

У меня вообще создалось ощущение, что всё писалось на скорую руку, будто женщина очень сильно торопилась и старалась изложить только основные факты. Да, это была та самая «предыдущая ведьма», о которой упоминал Сортон. И вот её, как раз-таки с полным правом, можно было таковой назвать, ведь у неё имелась магия. Правда, немного, но и с этими крохами Тония умудрялась спасать жизни деревенских, маскируя свои способности под обычное знахарство со всеми этими «пришёптываниями» да «заговорами».

И вот эта самая магия не раз спасала ей жизнь, когда в деревенских, словно чёрт вселялся, и они пытались её казнить. Ничего не напоминает, а? Не сказала бы, что один в один, но очень похоже. Жаль, что ни слова об обычных буднях не было сказано, даже имён не упоминалось. Большая часть дневника была посвящена различным рецептам целебных снадобий, которые следовало немного изменять с помощью магии.