Стая

— А, все, нашел…

— Так почему не сделал? — переспросила Юля.

— Побоялся. — Приоткрыл окно и достал зажигалку.

— Боли?

— Гепатита. — Прикурил. В уголках губ зародилась усмешка. — Так что придется тебе встречаться с некрутым парнем без татухи во всю грудь.

— Вот-вот, с трудом представляю, как переживу этот факт.

— Кошмар. Надо что-то делать. Давай запишем тебя к психотерапевту и будем бороться с твоими комплексами.

Юлька расхохоталась:

— Дени-и-с!

— Что? Я даже не шучу. Такими вещами вообще не шутят. Я абсолютно серьезен.

У меня с юмором всегда плохо было. Как мне жить дальше без татуировки?

Юля снова рассмеялась, жадным взглядом окидывая его застывшую у окна фигуру.

— Ох, ладно. Мне пора. А то опоздаю, — с неохотой Юля начала натягивать на себя куртку.

— Что, и все?

— Что — все?

— Пятнадцать минут пустых разговоров и «до свидания»? А как же кровавый четверг? А светопреставление? Что, даже никакой маленькой пакости?..

— Не поняла?

— Вот и я не пойму который месяц, в чем подвох.

— А-а, то есть мирное сосуществование тебя не устраивает?

— Не то чтобы не устраивает, скорее, настораживает.

А как же тараканы, головняк и прочая классика жанра в отношениях? Тишина, как в морге.

— Блин, — набрала полные легкие воздуха, чтобы снова не разразиться смехом, — я сегодня смеюсь чаще, чем разговариваю. Хочешь фейрверк? Без проблем. Подожди немного, вот сдам госэкзамены и будет тебе светопреставление, так и быть. Мне сейчас не до тебя.

— Фатальная фраза. — Выпустил дым и затушил сигарету в пепельнице.

— По идее, вот тут я могу возмутиться.

— По идее, да.

— Но лениво. — Сунул руки в карманы брюк. — Слабоват будет выпад, подожду до окончания госов. А там и выпускной, ты точно где-нибудь накосячишь.

— Угу, только о масштабах договоримся, чтобы мне палку случайно не перегнуть. — Юля и подошла к окну, чтобы проверить, ждет ли ее Самарин на стоянке. — Дурка реальная. Мы уже о «косяках» договариваемся, — усмехнулась.

— Это нормальный способ построить здоровые отношения.

— Денис положил ей руки на плечи.

Юля таинственно улыбнулась:

— А как же элемент внезапности?

— Спасибо, не надо. Уже проходили. — На лице Шаурина мелькнула тень, после чего Юля задумалась, а в шутку ли он все это говорит. Иногда трудно различить, шутит он, насмехается, или говорит на полном серьезе. Сейчас он говорил без тени улыбки, но она понимала, что он шутит. Явно.

— Спокойно, Ватсон, — легко похлопала его по груди, обтянутой черной рубашкой, — мы тоже.