В общем, жизнь тут если не кипела, то шла в своем отлаженном, благоустроенном ритме, и ритм этот вполне устраивал тех, кто проживал здесь временно или постоянно.
Не успел Гришин подойти к дверям гостиницы, навстречу ему вышел прапорщик в погонах внутренних войск, почти близнец того прапорщика, который встретил Гришина у ворот. Этот, правда, смотрел чуть приветливее. Наверное, проход главного кордона автоматически давал гостю право на некоторое подобие местного радушия.
– Добрый день, – кивнул Гришин, протягивая удостоверение.
– Добрый день, – эхом отозвался прапорщик, внимательно, если не сказать въедливо, изучая удостоверение.
– Где я могу найти генерала Антипова? – спросил Гришин.
– Товарищ генерал на стрельбище, – немедленно ответил прапорщик, возвращая «корки». – Вас проводить или подождете у нас в холле? Он скоро вернется. Может, вы хотите связаться с ним по телефону?
– Лучше я прогуляюсь по лесу, – сказал Гришин. – Хоть я и приехал по делу, но особенной спешки у меня нет.
Пускай товарищ генерал спокойно закончит стрельбу, зачем лишать его такого удовольствия?
– О да, для него это большое удовольствие, – позволил себе вежливую улыбку прапорщик. – Стреляет он как заправский спортсмен. Подождите минуту, сейчас я вызову бойца, он вас проводит на стрельбище.
– Спасибо, прапорщик, дорогу я знаю, – остановил его Гришин.
– Сейчас прямо, потом по дорожке налево и по указателю…
– Да-да, я помню, спасибо. – Гришин кивнул и двинулся к лесу.
Некоторое время прапорщик смотрел ему в спину, точно сомневаясь, следовало ли отпускать гостя без сопровождения, затем достал сигареты и лениво поплелся в курилку, все еще ловя взглядом теряющийся среди деревьев и солнечных пятен силуэт Гришина.
По мере того как майор приближался к стрельбищу – а шел он не спеша, вовсю наслаждаясь короткой возможностью подышать чистейшим целебным воздухом, – звуки выстрелов становились слышнее. Пах – раздавался одиночный выстрел.
И спустя какое-то время тишину нарушали два выстрела подряд: пах-пах. Потом небольшой перерыв – стрелки перезаряжали ружья, – и снова: пах, пах-пах."
"Гришин свернул по указателю и вышел к стрельбищу. Это была большая поляна, замыкаемая высоким холмом, в сторону которого и велся огонь. Домик для отдыха и хранения снаряжения, кокетливо выкрашенный в цвета летнего камуфляжа, находился у самого входа на стрельбище.
