Стальные небеса

Я неуверенно хмыкнула, отстранилась, с надеждой взирая на друга, и тут в дверь постучали.

После моего разрешения вошел до неприличия свежий Ирвинс, совершенно не выказывая удивления посторонним в спальне. Поклонился.

– Ваша светлость, завтрак накрыт в гостиной.

– Молоко принес? – оживился Мартин. И даже Виктория нетерпеливо приподнялась в кресле – я только сейчас разглядела, какой уставшей выглядит и она: видимо, переход ко мне потребовал слишком много сил.

– Конечно, – невозмутимо кивнул дворецкий.

– О да, – с чувством провозгласил друг и, хлопнув беднягу Ирвинса по плечу, проскочил мимо него в гостиную.

 – Вики, – донесся оттуда его голос, – да тут парное. Два кувшина. Святые отшельники, – мычание, – дайте мне эту корову и доярку заодно, я их расцелую.

Я слушала его болтовню, улыбаясь и чуть не плача от легкости, которую ощущала с пробуждения. Март был таким, наполняющим жизнью все вокруг. Рядом с ним любая драма казалась переживаемой.

Мы встретились взглядами с Викторией, и, верно, в лице моем она прочитала настороженность и очевидный вопрос, потому что едва заметно пожала плечами и пояснила, поднимаясь:

– Когда вокруг смерть, на первое место выходят действительно важные вещи, ваша светлость.

Например, чтобы тот, кого ты любишь, остался в живых. Вы ему дороги, и, возможно, в бою он будет осмотрительнее не только ради меня и наших друзей, но и ради вас. А это еще капля к вероятности выжить. Понимаете?

– Да, – сказала я глухо. Мне все время казалось, что Мартин полюбил ее по какой-то нелепой причуде, что она его недостойна, высокомерна и стервозна, да и ревновала я его к ней ужасно – а сейчас увидела в глазах волшебницы знакомый страх, который отозвался во мне тоской и заставил сжаться горло.

Страх потерять того, кого безумно любишь. Это в один момент сделало ее понятной мне и близкой.

– К тому же, – добавила она с каменным лицом, – если что, я его действительно выпорю.

Я усмехнулась. Чувство юмора – верный способ заполучить мою симпатию.

– Называйте меня на «ты» и по имени, леди Виктория, – предложила я.

Она замерла, склонив голову. И улыбнулась с мягкостью.

– Тогда и ты меня, Марина. Токсикоз больше не беспокоит? Помочь не нужно?

– Нет, – проговорила я с удивлением, прислушиваясь к себе и понимая, что последние дни после нападения меня действительно не мутило. – Нет, все хорошо.

– Позволишь? – она взяла меня за руку, и я кивнула, ощущая слабое покалывание, как при сканировании. Волшебница удивленно подняла на меня глаза.