Стань моим завтра

– Нас столько всего связывает, – прошептала я с мольбой в голосе, потому что мне было страшно это признавать. Мне нужно было знать, что он чувствует то же самое.

Улыбка, появившаяся на его лице, была прекрасна и ответила на мой немой вопрос лучше любых слов.

– Да, Зэл. Очень много всего. И я хочу, чтобы этого было еще больше…

Мы целовались, прерывались, чтобы подышать, и целовались снова. Он стянул майку через голову, и я выпрямила спину, чтобы изучить его тело взглядом. От открывшегося вида по моим внутренностям пронеслась новая волна жара.

Его тело было великолепным – словно высеченным из камня, но при этом мягким. От рельефных мускулов веяло силой. На его грудных мышцах были набиты две симметричные татуировки, о которых я раньше ничего не знала. Они были маленькими и четкими: две диагональные стрелы и капелька крови под каждой. Я тут же нагнулась, чтобы поцеловать каждую из них, как будто могла залечить рану, которую они олицетворяли.

Бекетт потянулся ко мне и прижал губы к моим.

Мы целовались и скользили руками по коже друг друга. Теперь его ладони согрелись, а дыхание обдавало меня жаром. Я чувствовала его твердый член и терлась о него бедрами, все сильнее и сильнее по мере того, как наши поцелуи становились все более жадными. Жгучими, страстными и едкими.

Руки Бекетта легли на мои волосы и сжались в кулаки. Он нежно потянул мою голову назад, целуя меня в шею. Я хватала воздух ртом, пока он посасывал и полизывал мою кожу, и все это время его бедра не прекращали двигаться под моей задницей.

Я стянула с себя футболку с толстовкой, обнажая свою грудь.

– О боже, детка, – проговорил он, впитывая меня взглядом. – Я знал, что ты красивая, но, господи, Зельда…

От его слов меня снова обдало жаром, и мое желание обладать им достигло новых, лихорадочных высот. Он повернул меня на спину и накрыл собой мое тело. Я ощущала, как его член трется о ткань легинсов между моих ног. Я выгнула спину и приподняла бедра навстречу ему.

Бекетт изучал мои груди: сжимал одну в ладони, пока его губы покрывали поцелуями другую, покусывая и посасывая мой сосок.

Из моего полуоткрытого рта вырывались невольные стоны, полные желания, а мои пальцы запутались в его волосах.

– Бекетт, – выдохнула я. – Пожалуйста.

Я не знала, чего прошу. Чего угодно. Больше поцелуев. Больше прикосновений. Чтобы его тело было на мне и внутри меня – господи, я никогда в жизни так отчаянно не хотела, чтобы мужчина проник в меня, как в этот момент.