Его пальцы порхают по клавишам, а взгляд сосредоточен, как у хирурга, готового сделать первый разрез. Егор Лапин стоит чуть в стороне, перекрестив руки на груди, и наблюдает за тем, как Никита ищет номер в других делах.
— Нашел ещё совпадение, — наконец произносит Маслов, выпрямляясь и поворачивая монитор ко мне. Его голос звучит ровно, но в нем чувствуется напряжение. — Номер Громова в деле о пропавшей девушке.
Моя рука инстинктивно сжимает край стола. Громов, пропавшая девушка.... В голове начинает складываться картина, которая мне не нравится.
— О чём там речь? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри уже начинается шторм.
— Девушка исчезла около трех недель назад. Никаких зацепок, но теперь этот номер всплыл здесь, — Маслов кивает на экран. — И знаешь, что ещё? Это совпадает с одним из случаев, который попал к тебе вчера.
Я напрягаюсь, чувствуя, как внутри что-то сжимается, как стальной капкан. Вчерашнее дело. Я прокручиваю в голове детали. Сестра Дарьи? Нет, это не может быть совпадением.
Слишком много нитей сходятся в одном узле.
— Проверьте все, что связано с Громовым и пропавшими девушками. Мы что-то упускаем.
Лапин кивает, а Маслов снова склоняется к ноутбуку. Я поднимаюсь, ощущая, как усталость давит на плечи, но отступать нельзя. Если эта зацепка что-то даст, я должен быть на шаг впереди.
— Я уехал, буду после обеда. Если что нароете, закиньте на почту.
Я выхожу из кабинета и направляюсь к машине. На улице уже сереет, холодный воздух пробирает до костей.
Звоню оперативникам, которых оставил у квартиры Дарьи.
— Как там? — спрашиваю я, садясь за руль. Голос чуть хриплый от усталости, но твердый.
— Всё спокойно, — отвечает Леха Горелый. Его голос звучит ровно, но я знаю, что он всегда настороже. — Никто не появлялся.
— Хорошо, — бросаю я, заводя двигатель. — Оставайтесь на месте, я скоро буду.
Дорога до квартиры занимает немного времени, но в голове мелькают тысячи мыслей. Дарья. Ее страхи, ее упрямство. Ее лицо, полное эмоций, которые она прячет, но которые все равно читаются слишком явственно.
Слишком многое не сходится. И всё же я снова еду к ней."
"У подъезда все спокойно. Горелый и Борисов докладывают, что никто не пытался приблизиться к дому. Я киваю им, поднимаюсь по лестнице, тихо открываю дверь и вхожу. Квартира тиха, словно застыла во времени. Дарья спит на диване, свернувшись клубком. Ее лицо спокойно, но я знаю, что это обманчивое спокойствие. Она тоже устала.
