Старшая сестра его величества. Власть

И торжественно произнес, стараясь говорить как можно громче и четче:

— Мы, Высокие роды, получившие по воле Древнего Бога Грилора силу, наделять властью того, кто пришел сюда по воле народа, чтобы заявить свои права на трон и корону Его потомков.

Эти слова были мне знакомы до единой буквы, я выучила весь текст, еще тогда, когда сама была наследной принцессой. Но сейчас они звучали совершенно по-особенному, отражаясь тысячами отголосков в полумраке тронного зала. И я внимала им, как будто бы слышала впервые. И все остальные тоже замерли, не дыша, чтобы не пропустить ни одного звука.

— Готова ли ты, наследница Древней Крови, править страной созданной Древним Богом согласно ее законам и обычаям?

— Да, — ответила я. Мой голос неожиданно сел и прозвучал тихо и хрипло. И я с трудом удержалась, чтобы не прокашляться. Но это нарушило бы всю торжественность момента.

Меня бросило в жар, щеки вспыхнули, будто кто-то поднес ко мне спичку. А между тем герцог Фалжо продолжал:

— Готова ли ты, наследница Древней крови, в своих суждениях опираться на закон, справедливость и милосердие?

— Да, — сказала я, чувствуя нестерпимое желание приложиться горячим лицом к ледяному полу, чтобы остудиться.

Что-то было не так... Я не понимала, что происходит. Отец никогда не говорил мне, что одновременно с произнесенными клятвами на шею падают невидимые жернова, заставляя согнуться. Шея и спина болезненно ныли, теперь у меня дрожали не только ноги, но и руки.

— Готова ли ты, наследница Древней крови, принести клятву верности Древнему Богу Грилории и стране, которую Он назвал своим именем?

— Да, — выдавила я еле слышно.

Меня колотило. Я чувствовала, что еще немного и я просто рухну без сил. Почему отец не сказал, что это настолько трудно?! Не мог же он забыть о невыносимой тяжести, которую я сейчас ощущала на своих плечах.

И тут до меня вдруг дошло.

Нет! Я не отступлю... Я не сдамся... Я столько прошла, я столько сделала для того, чтобы оказаться здесь. И я выдержу. Выдержу все, что угодно.

Я с трудом, из последних сил, выпрямилась, из прокушенной губы текла кровь. Но я смогла сказать громко и четко. Так, чтобы услышали все, кто был сейчас в тронном зале.