Старшая сестра его величества. Власть

— Клянусь Всеми Богами, что буду верна Богине, ее сыну, Древнему Богу Грилору, и стране, которую Он назвал своим именем!

Герцог Фалжо удовлетворенно кивнул, медленно поднял корону с подушки, которую поднес герцог Юрдис, и торжественно опустил ее на мою голову.

Зрители захлопали и радостно заорали, приветствуя новую королеву. А я думала только о том, чтобы не грохнуться в обморок здесь и сейчас. Потому что корона сжала мою голову железными тисками. Боль была такой сильной, что я на какой-то короткий миг потеряла сознание.

Наконец, крики, остановленные взмахом руки герцога Фалжо, стихли. И все снова замерли, глядя на меня.

А я, плавая в густом мареве боли, вспомнила, что сейчас должна встать, сделать три шага назад и сесть на трон... медленно и красиво. А потом Третий советник должен будет выступить со своей красивой речью и поблагодарить всех за оказанное доверие...

Поднималась я медленно, задержав дыхание, чтобы не тратить силы. Проклятые невидимые жернова, гроздью висевшие на моей шее, с каждым мгновением становились все тяжелее и тяжелее.

Я не боялась за Хурру. Я знала, Богиня никому не позволит навредить моей дочери... Даже своему Сыну, который прямо сейчас то ли испытывал меня на стойкость, то ли хотел изгнать из тронного зала, не позволяя занять трон, который не должен был мне принадлежать, ведь во мне не было ни капли Древней крови.

Шаг... второй... я почти ничего не видела и не слышала. Все мое существо было сосредоточено на том, чтобы сделать три положенных шага, и не сдохнуть.

Медленно, на последних каплях силы и воли, я царственно опустилась на трон, держа спину прямо и глядя перед собой. Положила руки на подлокотники... Вот и все. Церемония по большому счету была закончена. Речь Третьего советника была его инициативой, а не обязательным атрибутом коронации.

Ладонь стала влажной. Кажется я рассекла кожу одним из металлических украшений на подлокотнике трона. И в этот самый момент все пропало. Исчезла тяжесть, тянущая меня вниз, ушел жар, корона перестала сжимать голову, и только мокрая от пота спина, подтверждала, все это мне не привиделось. И кровь, вкус которой я все еще чувствовала во рту.

Аристократы снова закричали, приветствуя королеву. Я улыбалась и дышала.