— Он присягал роду и моему отцу, сейчас же, формально, главы нет, я потому и ушла после прочтения письма, чтобы он не принёс мне присягу, тогда меня бы ждало бесчестье.
Она взяла в руки свой инфопланшет, и вернулась ко мне на колени, положив коммутатор на кровать рядом со мной.
— Здесь видеозапись всего разговора, его признания крупным планом. Я очень хочу, что бы ты обрёл внутреннее спокойствие, распорядись этим по своему усмотрению, мой господин.
Глава 15 + Эпилог
Как я уже говорил, разговор с Гривасовым был очень странным.
Да, знаю, что повторяюсь, но это не отменяет моего состояния. Я был в смятении."
"Ненависть к тому человеку, который покушался на меня, из раза в раз настырно пытаясь убить, и будоражащие разум гнев, и негодование, которые я испытывал весь прошлый год, вдруг, перестали казаться мне значительными. На весах разумных доводов они сравнялись с простой мыслью — «Лира и Варя превыше этого, их жизнь и здоровье важнее».
Гусев знал, на что идёт, это был его выбор. Я был предупреждён, что меня хотят убить, а, значит, вооружен. Из общей картины оправданий вылетали только молодые морпехи, которые погибли в джунглях, да кадеты, которые взорвались в десантном боте. Ну, не верил я Гривасову, что он к этому не причастен.
Минут двадцать я молчал, пока не понял, что торгуюсь сам с собой, что совесть и логика просто разрывают меня напополам, не в силах выявить победителя.
Если бы не видеозапись разговора, всё было бы проще, но, как всегда оказалось такое «но», что хочется и колется. Лирин инфопланшет по шляпку загнанным гвоздём зудел у меня в мозгу, и был тем фактором, что не позволял принять окончательное решение. Лирин. Инфопланшет. Терпеть не могу такие ситуации, особенно, когда от этого зависят судьбы других. Хах! Мысли мужа, отца и командира. Дважды ха-ха!
Какое там поле боя, какие там джунгли? Вот оно, то самое испытание на крепость.
Не враг напротив тебя, ни его численное превосходство, ни гибнущие товарищи, не ранения, а твоё я, которое трещит под давлением совести и слепой реальности. Вот он тот самый момент, когда ты либо сломаешься и скажешь: — «Не я такой, жизнь такая», и продолжишь просто существовать, внешне человек, а по сути — лишь тень себя былого.
