Либо не переступишь через себя, и лицом к лицу встретишь надвигающуюся бурю напастей, возможно, погибнешь, и не один, но останешься собой, тем, кого привык видеть в зеркале, тем, кого знают все твои близкие: друзья, родители, Лира! Как же тяжело и страшно, кто бы знал!
Минут двадцать я молчал, а затем заговорил.
* * *— Володя, отследи капитана Гривасова и отправь за ним Лесникова с группой, он нужен мне живым, это особое пожелание, но сначала пригласи ко мне подполковника Растеряшева, срочно! — Могута отключил селектор и откинулся в кресле, посмотрев сперва на мой инфопланшет, который лежал перед ним, а после на меня, и, пробарабанив пальцами по подлокотнику, произнёс.
— Интересное кино, занимательное, а повесть захватывающая.
Да, я не пошёл против себя, а решил сделать всё по совести, потому попросил Ерастова устроить встречу с Гедеоном Святогоровичем. Был у меня и план беседы, и просьбы с логическими доводами. Мы с Лирой как решили, она откажется от титула, всё имущество отдаст на компенсации, и мы будем строить новую семью.
План хороший, учитывая, что в любом случае её род должен был лишиться всего, либо аз-за войны, либо после всех разбирательств. Так зачем цепляться за прошлое? Главное, обеспечить безопасность пребывания здесь её и Вареньки, узаконить их. Если она сможет поступить в академию на медицинский, то окажется на службе у империи, а дальше, что-нибудь придумаем, сначала бы этого достичь. Главное — Раксам ей мстить будет не с руки, она станет простолюдинкой, а они победят в войне, тем более, ничего не потеряв, только приобретя.
Но всё разом вылетело из головы, когда я оказался в кабинете генерал-лейтенанта. Он подавлял одним своим присутствием, блин, да он предыдущую фразу произнес без эмоций, а холодный взгляд его синих глаз…, бррр, мороз по коже. Это не человек, это олицетворение внутренней силы, казалось, он сейчас спокойно кожу с себя снимет, а там сплошной лёд. А как его присутствие способствует красноречию, и говорить нечего.
Ходячий детектор лжи и мотиватор честности. Я не только видео ему показал, но и рассказал больше, чем намеревался. Всё. Абсолютно всё. Даже про Ярика. И теперь ожидал его вердикта.
Видимо, он понял, какое впечатление производит на меня, потому что в следующую секунду давление его ауры пропало, на губах заиграла доброжелательная…, нет, не улыбка, а оскал, но взгляд остался прежним.
— Прав Саша, ты весь в отца с дедом. — лучше стало, но не намного.
