Весь измученный, лицо чумазое, испуганное, на теле какая-то бесформенная мешковина болтается. Наёмники ему что-то прокричали, махнув рукой и прицелившись в него, и мальчишка стал прыгать, бегать, и скакать. Судя по тому, как открывался его рот, он что-то кричал.
— Они в него, что стрелять будут? — удивился Гадел. — Ссуки!
Минут пять паренёк метался туда-сюда, затем остановился, и побежал обратно к своим, которые, даже прекратили работать, наблюдая за ним. Пираты же подошли к лесу, где только что бесился подросток, один из них спустил штаны и присел под каким-то кустом, а второй стал мочиться.
В ту же секунда с ветки дерева, молнией упала толстенная туша уже знакомой мне анаконды, упала, мордой в землю, с ходу проглатывая ссыкуна. На секунду замерла столбом, содрогнулась, проглатывая свою добычу, и по её брюху вверх пронеслись контуры человеческого тела. В тот же миг произошли две вещи: второй пират, который засранец, вскочил, роняя свой груз, и, сделав пару шагов, запутавшись в собственных штанах, тут же упал на землю, покатившись вперёд; а с насыпи заработали пулемёты.
Анаконда, получая повреждения, как пружина взлетела обратно на дерево, хвост-то её еще на ветке был, и исчезла в листве. Бриты, тем временем, обстреляли из АГС заросли, из которых выскочила какая-то гигантская, размером с тура, раненая, чёрная кошка.
— Охотник исчез. — быстро прошептал Гвоздь.
Не успел я дать команду к срочному спуску, как наш невидимка тут же появился за обгадившимся на бегу пиратом, одной рукой сбивая хищника, а второй разрубая его пополам.
Потом, он отрубил ей голову, вытер свои ноги о землю, и клочки травы, и пошёл к своим людям, которые прекратили стрелять и держали оружие наизготовку.
Как только пират дополз до палаток, к лесу отправили ещё несколько пленных, на этот раз женщину в грязной сорочке и юбке до пят, и полноватого мужчину всё в том же джинсовом комбезе.
— Нет там секретов, — прошептал я. — Они так проверяют, безопасно ли в туалет сходить, культурные твари, в лагере не гадят.
Мужчина с женщиной, тем временем, станцевав дикий танец, за которым все напряжённо наблюдали, вернулись к своей работе. Мужику при этом, отвесили пендаля, а женщину, когда она проходила мимо пиратов, очень пошло облапали, запустив руки везде, где можно было, да и нельзя тоже.
— Видать, про фишку с джумамбой они не знают. — размышлял вслух Анджей. Он был спокоен, и сейчас снова вёл наблюдение за вражеским офицером.
— А тебе, лучше вниз.
