Старуха Кристи - отдыхает!

Интересно, где они с противным Аристархом питаются? Рися не похож на аскета, довольствующегося солнечными лучами, он явно гедонист, бонвиван, любитель всех радостей. Ясное дело, и он и дедок лопают картошку фри в ресторане, а я обречена на медленное угасание от голода.

Слезы наполнили глаза, ощущая головокружение, я оделась и потопала к метро. Как назло, на пути то и дело попадались ларьки с шаурмой, вагончики с курами-гриль, прилавки, набитые бубликами…

Не выдержав, я притормозила возле одной будки и, прежде чем сделать заказ, вытащила кошелек – хорошо знаю, что у меня не так много денег, надо не выпасть из бюджета.

Я открыла портмоне, из груди вырвался возглас изумления. В отделении для купюр полно ассигнаций, еще там лежит какая-то записка. Ну-ка, что в ней… "Тетеха, это средства на покупку необходимых для расследования сведений, не вздумай приобретать на них жрачку.

В глазах потемнело, я огляделась по сторонам, увидела вывеску "Ресторан «У Кэтти» и устремилась к нему.

Гри перегнул палку, цидулька, подсунутая в кошелек, обидела меня до глубины души.

По какому праву безумный дед регулирует необходимое количество еды для помощницы? Назло ему сейчас закажу в ресторации все меню и проглочу блюда без остатка! Да, я честный человек и никогда не посмею потратить на себя «государственные» средства, вечером, вернувшись домой, откровенно скажу Гри: «Обедала в трактире, вот счет. Когда станете давать мне зарплату, вычтите сию сумму. И впредь прошу более не „озабачиваться“ диетой госпожи Сергеевой».

Впрочем, слова «озабачиваться» нет, следует произнести по-иному «озадачиваться». Нет, тоже неверно, «озаботиваться». Снова не правильно. Наверное: заботиться о диете…

Выбросив из головы мысли о чистоте речи, я рванула на себя тяжелую дверь, вступила в прохладный полумрак холла харчевни и оробела.

Вы уже знаете, что я не богатая вдова, впрочем, не имелось у меня особых средств и когда была замужем.

Мы с Мишей могли позволить себе зайти в небольшое кафе, но по дорогим заведениям не шлялись.

И вот сейчас я оказалась в помпезном, пафосном месте, стою в холле, пол устлан мягким ковром, стены сплошь увешаны картинами в бронзовых рамах, а с потолка свисает хрустальная люстра невероятного размера.

Наверное, следовало попятиться и дать деру, но я опоздала это сделать. Из глубин помещения выплыл мужчина в безукоризненно сидящем черном костюме и белоснежной рубашке. Вместо галстука под воротником была бабочка.

– Желаете позавтракать? – слегка склонил он голову.