Старуха Кристи - отдыхает!

– Чтобы вызволить Игорька из беды, мне ничего не жаль, – снова зарыдала Надежда, – думаете, у нас средств нет? Есть деньги, коли не хватит, дачу продам, квартиру, машину.

– Вы так уверены в невиновности супруга? – прищурился Гри.

Самсонова вдруг прекратила рыдать.

– Да, – твердо ответила она, – мы очень хотели отомстить мерзавцу репетитору, мало того, что он нас на деньги кинул, так еще и дочке нашей комплекс неудачницы привил, ребенок боится на экзамены идти, думает: провалится. Но убивать его никто не хотел, уж поверьте, у нас с мужем друг от друга тайн нет.

Высказавшись, она снова заплакала, совершенно безнадежно, отчаянно.

– Успокойтесь, – гаркнул Гри. – Если беда случилась, надо собраться и бороться с ней, лупить кулаком каменную стену, даже если не порушишь, то дырку проделаешь, уже легче! Слезами горю не поможешь, вперед, по коням, на врага и с песней.

Я с легким удивлением глянула на Гри. Именно эти слова про беду, коня и песню говорила мне покойная бабушка, если я вдруг начинала хныкать.

В два часа дня я вошла в душный автобус и села у окошка, мне было ведено навестить Веру, вдову Андрея Львовича, прикинуться одной из родительниц и попытаться выудить из нее кое-какую информацию. Ехать предстояло долго, радовало одно – от квартиры Гри до дома Калягина можно добраться на автобусе. Правда, путь займет час, а на метро я докачу за пятнадцать минут, но я плохо переношу подземку. У меня там сразу начинает болеть голова и лезут в мозг всякие глупости типа: вдруг обвалится эскалатор? Или что делать, если на поезд хлынет толща воды и грунта? Конечно, обитая в огромном мегаполисе, я вынуждена пользоваться метрополитеном, но, если есть возможность, предпочту наземный транспорт.

Решив провести время с толком, я прихватила с собой один из журналов, валявшихся в квартире, и сейчас, удобно устроившись на сиденье, раскрыла издание. Щеки мигом покраснели, на странице была изображена почти голая девица, внизу шла подпись: «Такую хочется съесть».

– Ишь развалилась, корова, – донесся недовольный голос, – подвинь жопу-то.

Я подняла глаза. Около меня стояла женщина с сумочкой на плече.

– Тут сиденье для двоих, разложила окорок, а другие из-за тебя стоять должны? – просипела она.

Я вжалась в стенку автобуса.

– Пожалуйста, присаживайтесь.

– Да здесь и мальчик с пальчик не уместится.

– По-моему, вполне вам хватит места.