Наверняка она делала это каждый год, прежде чем Пирий разрушил ее жизнь и заставил покинуть Центральный квартал.
Я надел лучшую рубаху и купленную по случаю праздника жилетку.
Когда я постучался и вошёл в комнату мамы утром, увидел ее в платье, которое мы купили вместе не так давно. Женщина разглядывала себя в крохотное зеркальце: смотрела так, будто видела своё отражение впервые за долгое время.
— Ты выглядишь прекрасно, — сказал я уверенно.
Она обернулась. Её глаза блестели, но я не мог понять, от радости или от воспоминаний.
На губах играла легкая улыбка.
— Теперь мне нравится это платье ещё больше, — радостно сказала она. — Ты уверен, что нам нужно туда идти? Мы можем отметить дома, ещё не поздно приготовить праздничную еду. Или — сходим в Храм, как год назад.
— Нам стоит пойти. Посмотрим на праздничный Золотой квартал, отдохнем.
Мы вышли из дома ближе к полудню. Город уже начал оживать: улицы наполнились людьми, повсюду слышались смех и даже музыка. В воздухе витал запах жареных орехов и чего-то пряного с нотками корицы и гвоздики.
Мама шла рядом со мной, держа меня за локоть.
Когда мы подошли к границе Золотого квартала, я понял, что придётся немного схитрить. Стражники у ворот застыли в начищенных доспехах, с чрезмерно серьёзными для праздника лицами, выпяченными челюстями. Похоже, сегодня проход на территорию охраняют особенно тщательно.
Один из них особенно привлёк моё внимание, точнее, его накрученные усы и надменный вид. Именно этот стражник постоянно пропускал меня за деньги.
Я подошёл к нему с самым дружелюбным выражением лица, на какое только способен.
— Добрый день, господин стражник, — вежливо улыбнулся я. Не давать же взятку у всех на виду.
Он взял меня за локоть и отвел в сторону. На меня он смотрел с раздражением, но когда увидел на моей ладони серебро, во взгляде появилась щемящая нежность.
— Тебе как обычно? — понизил он голос.
— На этот раз нужно пройти внутрь с матерью. Мы не задержимся надолго.
Он оглядел нас обоих: сначала меня, потом маму — его взгляд уж слишком заинтересованно скользнул по её зелёному платью и остановился на лице.
Мама не смутилась и посмотрела в ответ, вопросительно приподняв бровь. На мгновение мне показалось, что стражник собирается отказать, но затем его рука вытянулась подобно ковшу экскаватора. Монетки звякнули и мгновенно пропали под доспехом.
— Проходите, — буркнул он и махнул товарищам.
Мама оглядывалась по сторонам с улыбкой, наверняка вспоминая прошлую жизнь, яркую и богатую.
