Присмотревшись и вытерев рукавом старой рубахи серую пыль, я осмотрел длинный деревянный стержень с окованными железом концами.
На первый взгляд — очень добротный. Если бы мужчина положил его на видное место, может, уже и продал бы.
— Можно опробовать?
— А ты с ним справишься? — полюбопытствовал торговец. — Не великоват он для тебя? Ну покрути, покрути…
Я поднял шест, прикинул его вес.
Дерево ощущалось гладким, но не скользким. Окованные края выглядели качественными. Я провёл ладонь вдоль древка, собрав пыль.
Трещин нет, занозу в ладонь не вогнал — обработка на высоте. Возможно, этот шест уже многое пережил. А может, наоборот — пылился у торговца месяцами за неимением спроса, но всё равно был в отличном виде.
Я осторожно взмахнул шестом. Баланс удивил, как удивило и то, что я вообще понимаю, что значит «баланс». Украденное воспоминание приятно порадовало. Несмотря на то, что в руках у меня было не копьё, я знал, как им работать. Проявлялось это не только в знании теории, но и в мышечной памяти.
Я перехватил шест пошире. Сделал пробный выпад вперёд, затем резкий замах сбоку. Оружие свистело, рассекая воздух тихо, но ощутимо — шест словно сам подсказывал, что способен на большее. Я шагнул назад и попробовал сделать круговое движение, представляя, как отбиваю удар или сбиваю врага с ног, но если с прямыми ударами все выходило отлично, то это движение получилось корявым. Случайный спешащий куда-то прохожий отскочил в сторону и выругался, с недовольством покосившись на меня, а потом и на торговца.
— Прошу прощения! — запоздало крикнул я.
— Ты или осторожнее будь, или уж проверяй оружие до конца, — наставительно проворчал торговец.
Оковки на концах придавали дополнительную массу и инерцию при вращении, замахе и выпадах. Это был хороший инструмент, с которым можно работать. Правда, я быстро понял, что мне есть куда стремиться: украденных знаний явно было недостаточно.
— Хорошая вещь, — пробормотал я себе под нос, затем развернул шест вертикально и опустил на землю.
Шест всё же был чуть выше моей макушки, но это не помешает. В руке сидел, как влитой. Главное — немного пообвыкнуться.
— Сколько за него?
Торговец задумался на секунду, прикидывая, сколько можно с меня содрать.
— Три монеты серебром.
— Полторы, — тут же ответил я. — Он не новый, к тому же никому и не нужен кроме меня, да ещё и за такие сумасшедшие деньги.
— Кто тебе сказал, что он не новый? — начал торговаться мужчина.
