И взаимоотношения между группами постоянно держат людей в напряжении. Есть бандиты, воры, менты или какой-нибудь губернатор, связанный с одними или другими. Может быть, цыганский табор или дружная компания торговцев-узбеков или армян. И такие общества нередко конкурируют друг с другом.
Так что я уверен: целитель в нашем городке — не единственная и не самая большая сила. Возможно, у него есть связи в кругах повыше. Наверняка в городе есть влиятельные люди, которые ему должны: кого-то он вылечил от тяжёлой болезни, для кого-то выполнил деликатное поручение.
Но я уверен ещё в одном: у целителя есть если не враги, то точно недоброжелатели. Проблема лишь в том, что я — маленький человечек без какой-либо информации о таких людях.
Когда я уже почти потерял надежду услышать ответ, целитель снизошёл до объяснений.
— Да, они сильны и могут таскать на себе всё необходимое снаряжение, — нехотя ответил он. — Но, во-первых, никому не нравится ходить с навьюченными на спину рюкзаками. А во-вторых… это ужасно неудобно.
Это замедлит их при встрече с каким-нибудь злым духом или духовным зверем.
Он слегка улыбнулся и добавил:
— Вдобавок у них будет своя ноша. Ты не сможешь унести все их вещи.
Я промолчал.
Группа пришла спустя полчаса после того, как пришёл я. Целитель уже доел свои орехи и достал из кармана небольшую книжицу — пара десятков сшитых вместе бумажных листов. Он раскрыл её где-то посередине и принялся внимательно изучать.
Я переминался с ноги на ногу и с тоской смотрел на плавающих в пруду лебедей.
Жаркое солнце припекало мне шею, и я присел в тени забора.
Наконец с улицы донеслись громкие голоса. В калитку дважды ударили, затем открыли настежь.
Первым во двор вошёл здоровенный бородатый мужик с топором на поясе. За ним шла хрупкая девушка с длинным чехлом за плечами. Я сразу понял, что она лучница, хотя её лук был спрятан. Я видел такие чехлы раньше и знал, что за оружие в них носят.
Последними во двор скользнули два похожих друг на друга белобрысых парня с мечами на поясах.
— Мы прибыли, — коротко кивнул бородач целителю.
— Вижу… — ответил тот лениво. — Правда, позже, чем должны были.
Бородач поморщился:
— Прошу прощения. Проблемы с обслугой в гостинице.
Пока они разговаривали, лучница бросила взгляд на меня и едва слышно прошептала:
— Боже мой… какой ты худенький."
"Я сделал вид, что не услышал её слов. Белобрысые братья тем временем равнодушно посмотрели сначала на меня, затем на целителя и наконец на пруд.
