Статус: все сложно

Кожа на пальцах покалывает, и хочется почесать ладони. Поворачиваю голову влево, хочу перестроиться. Полоса пустует, и я аккуратно перестраиваюсь, а потом начинаю маневрировать, чтобы обогнать машину справа, потом слева. Игра в шашечки? Нет. Но забытое уже чувство куража проносится по всем моим венам. Как разряд тока, простреливает.

Я улыбаюсь как дебил. Для кого-то это ничего не значит, но для меня это целое испытание: ехать со скоростью под сто километров в час.

Меня подгоняет она. Мой серпантин. С ней нельзя ехать ровно и спокойно.

Апраксина не про это. Как только она вернулась в мою жизнь, моя нога постоянно то на педали газа, то на тормозе. И какую из них надо выжать, решает сама Мила. Знала бы она, какой силой и влиянием обладает.

Подъезжаю к ее подъезду с чувством удовлетворения. Оно же не только про секс и оргазм. Сейчас это даже больше.

Паркуюсь и стремительно иду к двери. Номер домофона не набираю. Хочу взглянуть в глаза той, кто сейчас занят. Неожиданно. Вовремя из подъезда выходит парочка и мило воркует, а я быстро проскальзываю за тяжелое металлическое полотно и оказываюсь в подъезде.

Лифт игнорирую, направляюсь к лестнице, она сбоку от лифта. И просто перескакиваю через две ступени. Всего лишь пятый этаж, а за это время сотни картинок промелькнули перед глазами. Хочу их стереть.

Не стучу. Просто дергаю ручку на себя. Глупо. Кто в здравом уме будет оставлять дверь открытой?

И как ни странно, этот человек Мила. Я захожу в коридор. Он небольшой. И главное, что я там не один.

Он стоит и уже обувается. Какие-то светлые джинсы, светлая футболка, такая же джинсовка. Он сам весь светлый. Еще чуть-чуть, и захочу блевать от этого светлого, почти ангельского, мальчика. На лице у него довольная улыбка.

Ярость рвется наружу. Практически бесконтрольная. Боюсь даже на себя смотреть в зеркало, в отражении я не увижу себя.

Мила стоит и просто опустила взгляд себе под ноги. На ней какие-то короткие домашние шорты и короткий топик. Волосы забраны в странный пучок, будто делала его впопыхах, быстро.

На меня так и не взглянула. Позорно смотрит вниз, а руки сцепила сзади. Уверен, заламывает пальцы. Она всегда так делала, когда очень нервничала.

Из коридора открывается замечательная картина: разобранная кровать, еще незаправленная. На ней смятое и откинутое одеяло, две подушки.

И я вдруг осознаю то, что так боялся допустить. Они трахались. Эти двое, бл*ть, трахались. Покрышки лопаются и мою машину заносит. Гнев накрывает с головой.