Ставка на девственность

— Ты охренел?! Я сейчас же звоню Михалычу! Он тебя в два счёта найдёт! А когда я вернусь, то ты у меня схлопочешь! Задница фиолетовая будет!

— Звони, мне уже восемнадцать, имею право жить отдельно от родителей, — выдаю я дрожащими губами и, чувствую, как слёзы потекли по щекам.

— Всё предусмотрел, да? Только ты не учел одного, не вернёшься, я лишу тебя наследства! Мать сказала, ты куда-то в другой город едешь?! Сейчас же говори где ты, я охрану пришлю?! Живо говори, пока я не нашёл тебя и не покалечил!

Меня уже трясёт всего от его слов, потому что перед глазами мелькают картинки, как он снова и снова меня бьёт.

Но неожиданно для себя, всё же собираю волю в кулаках и кричу злобно.

— Так я тебе и сказал, выродок! Ищи, матушка Россия огромная! И знаешь что, папа, засунь себе свои деньги в жопу! А ещё лучше подавись ими!

Я отклоняю вызов, а потом выбрасываю мобильный телефон в открытое окно. Евгений Константинович останавливается у обочины. Он обнимает меня дрожащего.

— Тихо, Саша, всё хорошо. Я обещаю, у тебя будет работа и учёба.

Остальное со временем приложится. Юра говорил, ты парень толковый, на одни пятёрки учился. Ничего, мои парни, тебя и работать научат. Успокойся.

— Спасибо, я уже в порядке, — отстраняюсь от него, а он снова выезжает на трассу, — Теперь видите, что я не обманул. Таких родителей врагу не пожелаешь.

— Да уж, это ты, верно, подметил, даже врагу не пожелаешь.

А он всё-таки хороший человек. Хотел бы я такого отца.

— Ты себе лишнего не придумывай сейчас. Где-то я, добрый и ласковый, а где-то и навалять могу.

Бить, конечно же, не буду, но словесных тумаков дам. Поэтому уясни. Мы с тобой не друзья. Я твой начальник, ты мой рабочий. Да, я тебе помог, но это ничего не значит. Просто захотелось заняться благотворительностью. Ферштейн?

— Вообще-то я английский язык изучал. Но понял вас. Я согласен с вами, Евгений Константинович, — уже более спокойно сказал я.

Я даже был рад, что он вот так разграничил наши отношения. А-то я даже не знал, как к нему относиться. Помог уехать, утешал, значит, друг.

И в то же время он старше меня на много, а скоро будет моим работодателем. Я выпил воды и уставился на дорогу. Рассматривал захудалые деревни и дачные посёлки, которые проезжали. Этим удалось отвлечься. Ехали долго, и только в пятом часу вечера приехали к большому девятиэтажному дому.

— Сейчас вещи занесём и ко мне пойдём. Мария Анатольевна нас покормит с дороги. А потом дам сына в провожатые. Ему семнадцать лет. Подружитесь, буду рад.