Ставка на невинность (СИ)

Себя-то наказывать за что? В конце концов, мне приписывают ужасные вещи, что я надругалась над Бергманом, а я не заслужила!

Надо заслужить.

Но так просто я не дамся!

— Левина, у тебя на лице написано, что ты что-то замышляешь, — вкрадчиво произносит Гера. — Оставь надежду, Яночка. Напоминаю, что уже завтра мы с тобой отправляемся на эту чертову свадьбу. И ты останешься со мной наедине. Ехать несколько часов, и в гостинице я забронировал один номер на двоих.

У меня потеют ладошки от открывающихся перспектив.

— Ничего я не замышляю! — говорю я тоном, «назло бабушке нажруся соли и голодной спать лягу».

— Выпороть бы тебя, — задумчиво, но беззлобно мечтает Бергман.

— Только попробуй!

— Не стоит брать меня на слабо, Ян, — с улыбкой предупреждает он, и я затыкаюсь.

Этот может. С другой стороны… А вдруг мне понравится?

Нет, посмотри на себя, Левина! Озабоченная мартышка просто!

— Во сколько встречаемся? — съезжаю я с опасной темы.

— Я за тобой заеду. Около шести. У тебя же завтра первая смена?

— Откуда ты знаешь?

— Танечка поделилась.

Ну задушить Геру я не прочь. Что есть, то есть.

Хватаюсь за теплую ладонь и поднимаюсь, оказываясь плотно прижатой к мужскому телу. Герман наклоняется ко мне и шепчет на ухо:

— Втрескалась. Мне нравится, — пытаюсь отпихнуть наглеца, топчущегося по моему самолюбию, но Бергман смеется: — Как сопишь, тоже ничего.

Дурак!

Больше он меня не подкалывает, но всю дорогу домой, я злюсь.

Даже если и так. Ну втрескалась. Но это ничего не значит. Мог бы и промолчать!

А когда мы припарковываемся у моего дома, и Гера медленно отстегивает меня, наклоняясь так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах, я против воли жду поцелуя.

Но обламываюсь.

Это, что, месть?

Как мелочно! Гаденыш!

Выйдя, хлопаю дверцей машины так, чтобы было понятно, как я всем недовольна, но, похоже, Бергмана это только веселит.

— Куда тебя несет? — зло спрашиваю я, когда Гера тоже покидает салон и, подняв воротник, подходит ко мне.

— Проверю, нет ли там на площадке ничего лишнего.

Это он про Лосева?

А еще меня ревнивой обозвал. Сам-то?

Фыркнув, иду впереди, все равно рассчитывая, что Бергман полезет целоваться, а я не дамся.

Однако даже поднявшись со мной на этаж, Гера никаких поползновений в мою сторону не делает. Засунув руки в карманы пальто, ждет, когда я отопру, и внутрь не стремится.

Второй облом выводит меня из себя.