Лишь у Вейла возникла искра интереса:
– По-человечески – это как? В других мирах такие любопытные обычаи! Я изучаю.
Сим дернул цепь, заставляя двигаться вперед.
Следующие несколько часов мы шагали по лесу, изнывая от жары, усталости и жажды. Я хотя бы не один год провела в тренировках, а вот Лу едва передвигала ноги. Если бы не ее врожденный дар, упала бы замертво.
– Ладно, привал! – сжалился Лорн, остановившись на берегу ручья. – Трехчасовой сон – и снова в путь.
Я жадно напилась, прижалась щекой к мокрому песку и вырубилась.
Сквозь дрему мне слышались крики и звуки борьбы. Ворча, я повернулась на бок и закрыла ладонью ухо: даже во сне нет покоя.
– Детеныш, очнись.
– Ой, Кусь, отстань, пожалуйста. Я так устала…
Кусь? Я почувствовала, как на глазах снова набухают слезы. Сейчас сон развеется, и родной голос – я всегда удивлялась тому, что маленький крусбыс разговаривает густым басом, – затихнет навечно.
Меня затормошили за плечо. Ну вот и все, пора в путь.
Я села одним рывком.
И заорала!
На коленях рядом со мной стоял огромный мужчина.
Широкоплечий, мощный, жуткий… Такой одной ручищей голову сожмет, и та треснет, как перезревшее яблоко. Стемнело, и я не могла разглядеть лица. Видела только густую шевелюру. Понятно, нас догнал какой-то варвар! Всех укокошил, теперь и за меня примется.
Незнакомец нащупал мою ладонь и положил ее себе на голову.
– Закрой глаза, – прошептал он.
Я и так уже зажмурилась от ужаса.
Под моей ладонью была мягкая шерсть. Я бы ни с чем ее не спутала… Сколько раз я щекотала рыжее пузико, гладила спинку и чесала за ушками.
– Кусь?.. – пискнула я, решив, что окончательно и бесповоротно сошла с ума.
– Эйден. Так меня звали, – фыркнул он очень знакомо. – Пришлось вспомнить.
– П-почему ты такой большой? – произнесла я, заикаясь.
– И почему ты не кот? – со смехом уточнил Кусь, вернее, Эйден: язык не поворачивался называть громадину прежним именем.
– И почему ты не кот… – покорно повторила я.
Вспомнила, что нас должны охранять воины, и испуганно огляделась.
Увидела только Лу, которая сидела неподалеку, обхватив колени. Волосы ее так растрепались и запутались, что теперь нас практически невозможно было различить. Даже в темноте я заметила, какое бледное у нее лицо.
– А где?..
– Обезврежены. Но нам надо уходить прямо сейчас.
– Ты их не убил?
И откуда во мне столько кровожадности?
– Нет. По крайней мере – не всех…
Эйден задумчиво почесал себя за ухом, осознал, что делает, и медленно отвел руку в сторону.
