Где-то совсем неподалеку билась прозрачная жилка, но мы шли в другую сторону.
– Мы не туда свернули! – опомнилась я.
– На сегодня поиски прекращаем, – сказал мой напарник, не оборачиваясь. – Поблизости неплохой постоялый двор, там и заночуем.
При мысли о том, что придется ночевать под одной крышей с Аидом, по венам разлилось сладкое тепло. Мы посидим у камина в общем зале, поужинаем вместе. Может быть, просто поговорим о том о сем. Ведь напарники иногда разговаривают, правда?
Я заслужила отдых, но…
– Он совсем близко, – тихо сказала я.
Проклятая честность!
– Человек? – мгновенно догадался Аид.
– Ага… На соседней улице. Десять минут туда и обратно.
Эх, ужин и приятная беседа, похоже, откладываются.
* * *Мужчина выглядел очень плохо. В маленькой комнатке едва тлела разрядившаяся лампада со «звездной водой», и в неровном бледном свете он казался еще более изможденным и больным.
Лысый гладко выбритый череп, впалые щеки. Причем кожу будто только что скребли ножом до блеска.
Несмотря на теплый вечер, на руках мужчины были перчатки.
Он окинул нас странным, тревожным взглядом, щурясь в полутьме. Кажется, бедолага решил, что у него начались галлюцинации.
– Ловчий и ищейка? – хохотнул он, и у меня по коже пробежал мороз от этого жуткого смешка. – Только сейчас. Как мило! Мироздание любит пошутить…
Вот с этим я была согласна.
– Что вам стоило прийти вчера! – вдруг рявкнул он."
"Я отшатнулась. Аид шагнул вперед, закрывая меня собой. Поднял ладонь успокаивающим жестом.
– Я верну вас домой. Но сначала должен спросить: вы ничего не слышали о рыжеволосой девушке, которая могла появиться в Рахтоморе несколько недель назад?
– Вернешь домой! – воскликнул тот, будто не услышав вопроса.
– Вернешь домой! Поздно! Поздно…
Мужчина схватился за голову и сложился пополам, осел на корточки. Я увидела, что на кончиках перчаток выступает кровь. Какой ужас… Видно, он действительно был доведен до крайности, если решился расплачиваться ногтями.
– Вы выпили зелье… – тихо сказал Аид. – Мне жаль…
– Уходите.
– Голос прозвучал тускло и безжиз-ненно.
– Пойдем, детеныш, здесь мы ничем не поможем, – пробурчал Кусь.
Даже моему фамильяру было тяжело смотреть на отчаяние этого несчастного. Мое сердце обливалось кровью, но что мы можем сделать?
– Пойдем, Тэм.
Аид тронул меня за плечо, подбородком указал на выход. В полном молчании мы вышли.
Напарник хмурился. Хоть и старался не показывать вида, а все равно переживал. Отправился вниз по лестнице, погруженный в свои мысли.
