Я не особо обращал внимания на них, абсолютно поглощенный Зовом. Чудовищно мощное пси-поле подавило сознание, полностью вытеснив все мысли.
Мы ехали удивительно быстро, все больше углубляясь в смертельные области А-Зоны, помеченные багровым на карте Мико. Местность менялась, обычный земной ландшафт уступал место чуждому, почти сюрреалистичному пейзажу, где А-энергия правила бал, преображая материю, законы физики и сами принципы бытия, казавшиеся фундаментальными.
Я видел развалины города-мегаполиса, разделенного глубоким каньоном-трещиной, зеленые от растительности шпили небоскребов и полупрозрачных медузообразных существ, парящих над ними, подобно огромным аэростатам.
Я видел камень и металл, изогнутые под невозможными углами, гигантские левитирующие конструкции, чуждой волей сплетенные в подчиненный нечеловеческой гармонии узор. Видел реку, свободно струящуюся в воздухе, и пульсирующие гейзеры, извергающие свет.
Некоторые вещи было сложно осознать, та самая реструктуризация реальности, о которой говорила Мико.
Как будто куски иного мира, лишь частично воспринимаемого человеческими органами чувств, проникли в наш мир и сплелись с осязаемой действительностью причудливой мозаикой.
Заросли огромных пурпурных растений, колыхавшихся в полном безветрии как исполинские водоросли, озера, будто состоящие из полупрозрачного стекла, и игловидные друзы кристаллов-наростов, алых, изумрудных и фиолетовых, окруженных светящейся аурой. Вокруг них вились в безмолвном танце сотни войдов, крохотных, как колибри, и огромных, как парусники.
Все они, подобно разнообразным морфам, бредущим параллельным курсом, не обращали на нас никакого внимания.
Азур-излучение росло. Интерфейс не работал, но я чувствовал это. Мы приближались источнику Зова.
Когда-то здесь находилась большая арочная плотина, запиравшая бескрайнее озеро. Останки грандиозных стен и гидротехнических сооружений возносились на сотни метров над нашими головами. Сейчас водохранилище превратилось в пустыню, в барханы которой вросли диковинными ракушками ржавые остовы многоярусных кораблей.
А каньон, служивший ранее горлышком бутылки для отвода излишков воды, стал огромным могильником.
Тысячи скелетов заполняли его, громоздясь друг на друга. От титанических чудовищ, между реберных дуг которых можно было проехать на танке, до совсем крохотных, вроде мышиных и птичьих, с хрустом рассыпавшихся острым крошевом под нашими ногами. Все кости были чистыми, голыми, полностью очищенными от плоти.
