Подействовало не хуже, чем на крыс в канализации: ближайших поджарило до черной корочки, многих обожгло и подпалило, а ослепило всех без исключения. Я видел обгоревшие лица и выжженные глаза, катающихся по земле людей, охваченных огнем. В радиусе видимости все были ошеломлены и дезориентированы, рядом мгновенно произошло несколько аварий. Оборотню тоже досталось, она все же выбралась из сетки, но на большее сил не хватило, снова приняла человеческий облик и едва дышала, вся покрытая кровавыми ранами и ожогами.
Я подхватил ее, закидывая на плечо, поразившись тяжести и жесткости тела. Ох, ты! Пришлось приложить значительное усилие, обычный человек вряд ли смог бы вообще поднять ее. На ощупь она состояла из твердых мышц и сухожилий, а весила не меньше сотни килограмм.
Мико: Вес абсолютно аномален: скорее всего, она проходила эволюционные преобразования, усиления скелета, сделавшее кости тяжелыми. Также может косвенно быть следствием ее морфизма… Грэй, сюда!
Она указала стрелочкой на один из аппаратов, стоявших неподалеку.
Треугольный, похожий на широкий копейный наконечник, покрытый потертой зеленой краской, он покачивался над землей в десятке метров. Ховер! Не совсем такой, как «Оса», побольше и пошире, но несомненно принадлежащий к тому же семейству ховербайков.
Пользуясь замешательством, я бросился к нему, расталкивая ослепленных, шатающихся Бродяг. Коротким ударом выкинул с водительского места стонущего, трущего глаза лысого громилу.
Бросил «лису» сзади, сам прыгнул за руль. К счастью, запуск не был заблокирован ДНК-ключом или чем-то подобным. Тара раньше показывала мне, как управлять ховером. Несколько суток в пустошах, проведенных в роли ее помощника, не прошли даром.
Это вытертая рогулька – руль. Наклон вперед – газ, назад – тормоз, вправо-влево – понятно… Зеленый ховер, развернувшись, разбросал ослепленных Бродяг и резко вклинился в ряды двигающейся техники Конвоя, едва не протаранив грузовик. Не обращая внимания на соседей, я резко ускорился и начал маневрировать, пытаясь затеряться среди множества машин.
Не вышло – почти сразу меня начали преследовать. Послышался треск очередей, аппарат задрожал от попаданий, из заднего крыла вырвались снопы искр. Я резко сменил курс, прячась за тушами двухэтажных автобусов и автопоездов, нагло подрезая их и постоянно маневрируя. Помогло: Бродяги не особо рисковали открывать огонь в плотном скоплении машин.
